Книга Лесная обитель, страница 110 – Мэрион Зиммер Брэдли

— Раз уж ты сама его сюда позвала, не прийти на назначенную встречу ты не можешь: уговор придется соблюсти, – отвечала та. – Но я буду ждать в пределах слышимости, чтобы, если меня потом спросят, я смогла бы поклясться, что вы двое не обменялись ни единым словом, которого не подобало бы произнести в присутствии ваших родителей. Ты согласна?

Эйлан склонила голову и повернулась уходить. По правде сказать, она даже испытала некоторое облегчение. Если с Гаем ей предстоит говорить под присмотром другой жрицы, тогда, конечно же, и речи не может быть о том, чтобы он попросил ее о чем-то… небезопасном.

— Погоди, – остановила ее Кейлин. – А почему ты пришла с этим ко мне? Ты ведь не думала, что я тебя одобрю?

— Я не делаю ничего такого, в чем погрешила бы против своих обетов. – Эйлан бесстрашно встретила взгляд собеседницы. – Но я знаю, что досужие языки чего только не наболтают. Я верю, что ты всегда мне посоветуешь, как поступить правильно, неважно, по душе ли тебе мое решение или нет! – С этими словами девушка снова отвернулась и ушла. Но не без удовлетворения отметила про себя, что щеки старшей жрицы вспыхнули ярким румянцем.

И вот теперь Эйлан ждала на условленном месте, зная, что рядом с неумолимой надсмотрщицей бояться ей нечего. Если бы прежде у нее спросили, не опасается ли она Гая, она бы без колебаний ответила: нет. Но по мере того, как тени становились короче, девушка сперва неуютно поежилась, а затем ее захлестнул самый настоящий ужас.

— Ох, Кейлин… – Она обернулась к своей спутнице, которая невозмутимо вышивала, присев на камень у опушки. – Что я ему скажу?

— Меня-то зачем спрашивать? Мне ли советовать девице, как себя вести с мужчиной? – отозвалась Кейлин с язвительной улыбкой.

Эйлан вздохнула. Время шло, а Гая все не было; юная жрица уже поняла, что путь от Девы неблизкий. Она безотчетно вложила руку в ладонь Кейлин.

Может, она вмешивается в дела, которые, в конце-то концов, ее совсем не касаются? Нет, твердо сказала себе Эйлан. Конечно же, ее прямой долг – разузнать все, что можно, о родне девочки. Укрепившись в своем намерении, она ждала. Но вот наконец-то на тропу легла чья-то тень – и сердце девушки гулко заколотилось в груди.

Впервые увидев Гая в униформе и в шлеме римского легионера, Эйлан затаила дыхание: до чего же воинская одежда ему к лицу! В шлеме с алым гребнем он казался выше ростом; цвет плюмажа выгодно оттенял его темные глаза. Вот он вышел из-под деревьев – и внезапно остановился как вкопанный. Если он и удивился, увидев двух женщин вместо одной, то ничем себя не выдал: разве что в глазах его что-то промелькнуло и тут же погасло. Отсалютовав жрицам, он стянул с головы шлем и сунул его под мышку.

Эйлан завороженно смотрела на него. Прежде ей доводилось видеть римских офицеров при полном параде разве что мельком, и сейчас она с особой остротой прочувствовала, сколь многое их разделяет. «И, однако ж, по их законам мы все – римляне», – подумала про себя девушка. Мысль эта явилась для нее неожиданным откровением.

Гай посмотрел на девушку и улыбнулся, и внезапно все то, что Эйлан собиралась ему сказать, вылетело у нее из головы.

Гай перевел глаза на старшую жрицу, пытаясь придумать, с чего бы начать разговор. Ему и в голову не приходило, что девушка явится на встречу не одна. Не для того он рисковал прогневить отца Эйлан и вызвать недовольство собственного отца, чтобы всего-то навсего обменяться несколькими сдержанными словами в присутствии этой драконихи.