Книга Лесная обитель, страница 293 – Мэрион Зиммер Брэдли

Мне было тяжело смотреть Мацеллию в лицо, зная ответ на вопрос, который он так и не посмел мне задать, и понимая, что я никогда не смогу рассказать ему, как погиб его мальчик. К тому времени вся округа уже полнилась самыми невероятными слухами. Гай умер как бриттский Летний король, и хотя кое-кто подозревал в нем римлянина, те немногие, кто знал его имя, имели веские причины молчать.

Пусть в римских войсках и царил беспорядок, у них все еще было достаточно сил, чтобы утопить весь здешний край в крови, если обнаружится, что на холме был принесен в жертву офицер легиона. Но, разумеется, тела не осталось – только груда золы да догоревшие уголья на месте самайнского костра.

Уже уезжая, Мацеллий обернулся ко мне, и я заметила, что в глазах его все еще теплится искорка надежды.

— В Лесной обители жил мальчик, – промолвил он. – Его звали Гавеном. Я полагаю, он… мой внук. Не скажешь ли, где он сейчас?

По крайней мере, на этот вопрос я смогла правдиво ответить, что не знаю. Гавена никто не видел с самого кануна Самайна; в тот же день бесследно исчезли его нянька и Сенара.

Сенара тайком возвратилась в обитель только три дня спустя. Ее юное лицо осунулось от слез. Девушка привела с собой длинноногого, худенького мальчугана: тот пугливо озирался по сторонам.

— Она погибла ради меня, – зарыдала Сенара, когда мы рассказали ей, что случилось с Эйлан. – Она обрекла себя на смерть, чтобы спасти меня – и своего сына.

У меня стеснилось в горле, но я постаралась, чтобы голос мой звучал спокойно и ровно.

— Значит, жертва ее не должна пропасть втуне. Согласна ли ты принять обеты и служить Великой Богине вместо Эйлан – теперь, когда ее не стало?

— Я не могу, никак не могу, – всхлипывала Сенара. – Это грех, ведь я же христианка. Отец Петрос перебирается в Деву. Он позволит мне остаться в его отшельнической хижине, и я проведу остаток дней своих в молитвах!

Я заморгала: внезапно мне примерещилось, будто вокруг маленькой лесной хижины выросло множество таких же домишек. Со временем к Сенаре подтянутся еще отшельницы, думала я. Все то, что явилось мне в видении, и впрямь сбылось: ибо спустя много лет там возникла одна из первых общин святых сестер – общины эти ныне служат людям так же, как некогда – Лесная обитель. Неужто Эйлан предвидела и это? Как бы то ни было, Сенара сыграла свою роль. Пусть она и отказалась занять место Верховной жрицы Вернеметона, но в каком-то смысле она все-таки продолжила дело Эйлан.

— Ты отвезешь Гавена к его деду? – спросила Сенара. – Я не смогу оставить его при себе после того, как принесу христианские обеты.

«К которому из двух?» – криво усмехнулась я и вдруг поняла, что не готова отдать мальчика ни одному из этих стариков, ведь оба они – в плену у ненависти, порожденной отмирающим прошлым.

— Гавен… – Я окинула его взглядом. Передо мной стоял уже не мальчик и еще не мужчина, не римлянин и не бритт; он застыл на пороге, за которым – многообразие бессчетных возможностей. В конце концов, Эйлан умерла ради того, чтобы ребенок этот жил в новом мире. – Я возвращаюсь в Летнюю страну, где в долине под названием Авалон клубятся туманы. Хочешь поехать со мной?

— Это и есть Страна Вечного Лета? – спросил он. – Мне сказали, туда ушла моя мама.

— Не совсем. – Глаза мои наполнились слезами. – Но кое-кто сказал бы, что это совсем близко.

Мальчуган оглянулся, поежился, и я подумала, что сейчас ему куда как непросто – он ведь еще не вполне сознает, чего лишился. Гавену почти так же тяжко, как и мне, – а я ведь понимаю все слишком хорошо.

Гавен вскинул на меня глаза – в этом недетском взгляде не было ничего ни от деда, ни даже от родителей.

— Хорошо. Я поеду с тобой в долину Авалон.

Здесь, в самом сердце Летней страны, я порою недоумеваю, почему из всех, кто сыграл свою роль в этой истории, судьба пощадила одну меня. Я ведь только начинаю прозревать заключенный в ней великий замысел. Возможно ли, что сын Эйлан, наследник двух великих племен, кои вобрал в себя народ Британии, станет основателем рода, из которого в один прекрасный день явится спаситель нашей земли?

Мне о том не ведомо. И мерлин меня не напутствовал; хотя Эйлан как-то раз обмолвилась, что от мерлина впервые узнала о своем предназначении. Но должен же быть во всем этом какой-то смысл! Я знаю лишь, что от Орла и Дракона, но не от мстительного Ворона родится заступник нашей страны, и, может статься, чтобы помочь этому герою, мерлин в ту пору облачится в плоть…

Здесь, в Летней стране, где круги камней роняют тени на могучий Тор и повсюду ощущается сокрытая сила, я дожидаюсь окончания этой истории.