Книга Владычица Авалона, страница 237 – Мэрион Зиммер Брэдли

— Мы сперва испробуем путь друидов, – тихо подсказала Ана Вортимеру. – Жертва питает их души и духов этой земли.

Когда вся кровь из поросенка вытекла и дух его отлетел, Талиесин оттянул полоску кожи и отрезал немного мяса. Бард встал, отрешенно глядя куда-то вдаль и держа на ладони сырой ломтик, что казался еще краснее в алом отсвете умирающего солнца.

— Пойдем, – тихо позвала Ана. Талиесин, словно во сне, зашагал к кругу камней. Вивиана, вздрогнув, перешла через ров и миновала камень, на котором принесли в жертву поросенка: похожее ощущение, только куда более сильное, она испытала в тот момент, когда раздвигала туманы, чтобы вернуться на Авалон.

Друид снова остановился перед самым хенджем. Челюсти его заходили ходуном; спустя мгновение он достал изо рта пережеванный кусочек мяса, положил у основания одного из камней и пробормотал молитву.

— Господин, мы пришли в место силы, – обратилась Ана к принцу. – Скажи еще раз, зачем ты нас сюда привел.

Вортимер нервно сглотнул, но голос его не дрогнул.

— Владычица, я хотел бы узнать, кто станет править Британией и кто поведет ее воинов к победе.

— Друид, ты слышал вопрос – можешь ли дать нам ответ?

Талиесин повернулся лицом к ним, распахнул незрячие глаза. Неторопливо, словно во сне, он прошел между двумя камнями под перемычкой и вступил в хендж. Солнце уже опустилось к самому горизонту; черные силуэты камней были очерчены пламенем. Вивиана, идя следом, на миг словно заплутала в пространстве и во времени. Когда же она опомнилась, ей померещилось, будто в подрагивающем воздухе танцуют крохотные вспышки света. Друид воздел руки навстречу угасающему зареву, повернул их ладонями к себе и пробормотал новое заклинание. Тяжело выдохнул – и, спрятав лицо в ладонях, свернулся калачиком под плоским центральным камнем.

— Что теперь будет? – прошептал Вортимер.

— Подождем, – промолвила Верховная жрица. – Он погрузился в подобный сну транс и, пробудившись, сможет пророчествовать.

Все ждали; небеса погасли; смеркалось, но в пределах круга можно было видеть, хоть и смутно – словно бы благодаря исходящему изнутри свету. Сияющие звезды уже начали свое шествие по небу. Однако ж время утратило значение. Вивиана затруднилась бы сказать, сколько прошло минут или часов, прежде чем Талиесин забормотал что-то и заворочался.

— Спящий, пробудись; призываю тебя во имя Той, что зажигает звезды. Поведай нам на языке людей, что ты видел. – Ана опустилась перед бардом на колени; тот, опершись о камень, рывком приподнялся.

— Три короля станут сражаться за власть: Лис, что правит ныне, а после него – Орел; и Красный Дракон, что постарается удержать в своих руках страну. – Талиесин говорил медленно, с трудом, словно во сне.

— Уничтожат ли они саксов? – спросил Вортимер.

— Ястреб обратит Белого Дракона в бегство, но только Красный Дракон родит сына себе на смену; его-то и назовут победителем Белого Дракона.

— А как же Ястреб… – начал было Вортимер, но Талиесин перебил его.

— В жизни Ястреб править не будет; в смерти он будет защищать Британию до скончания дней… – Друид уронил голову на грудь, и голос его угас до еле слышного шепота. – Не пытайся узнать больше…

— Не понимаю. – Вортимер опустился на корточки. – Я уже посвящен Богине. Чего Она от меня хочет? Ты наговорил слишком много – или же недостаточно. Призови Богиню и дай мне услышать Ее волю из Ее собственных уст.