Книга Стражи восемнадцати районов, страница 94 – Антонина Крейн

— Нам с госпожой тоже не нужны свидетели, – его голос был глубоким, с хрипотцой.

— Черт! Все на него!

Колдуны атаковали первыми, их магия сверкала молниями, но оборотень двигался с нечеловеческой скоростью. Его когти разрезали заклинания, как нож – теплое масло. Он был великолепен в своей ярости. Кто-то из врагов бросил магическую дымовую бомбу, поляну мгновенно затянуло темным облаком. Отступившая к ее краю Инга ничего не видела. Но она слышала крики колдунов, когда оборотень добирался до них – до одного за другим.

Вдруг вблизи раздался полный ненависти голос:

— Сука. Мы заберем тебя с собой.

Это был Марк. Он вышел из дымовой завесы и наставил пистолет на Ингу. Не успела она осознать опасность, как стало еще хуже – другой колдун схватил ее со спины.

— Прощай, – сказал он и ударил ее ножом в бок.

Инга взвыла от пронзившей все тело боли. Следом раздался хрип – не ее; клинок и хватка исчезли. Схватившись за бок, Инга увидела, как Марк кривит рот и, целясь в нее, нажимает на курок. Она зажмурилась и панически сжалась. Прогрохотало три выстрела.

«Клугге убьет меня за такую тупую смерть», – абсурдно подумала напоследок Инга, однако… новой боли почему-то не последовало.

Открыв глаза, она увидела, что перед ней, раскинув руки, стоит оборотень.

Он прикрыл ее собой.

Монстр слегка пошатнулся, а потом безмолвно бросился вперед, на Марка. Тот захлебнулся криком – навсегда оборвавшимся в следующую секунду.

Несколько мгновений на поляне царила тишина, а потом раздался глухой удар – оборотень упал на землю. Кровь стекала по его груди, изрешеченной пулями. Кровь шла из ушей, изо рта. Инга, держась за бок и стараясь не думать о том, чтоиз внутренних органов ей повредили ударом ножа, бросилась к оборотню.

— Ты спас меня… – пробормотала она, опускаясь рядом.

— Это вы меня спасли, – хрипло ответил он. – Не должны были, но спасли. Вы слишком добры.

Инга велела ему превратиться обратно в цветок, чтобы она смогла вылечить его. Ей не дано исцелять людей, однако цветы – другое дело. Но оборотень покачал головой. Не получится. Пулевые ранения – не самое страшное. Он умирает не из-за них, а оттого, что вырвался из колдовских оков: ранено не только его тело, но и вся сущность.

Эрантис коротко поведал, что его растили как живое проклятое оружие.

Опутывали заклинаниями и держали в клетке, напитывали демонической кровью и ядами – создавали идеального раба. Слугу-убийцу, предназначенного лично для главы картеля работорговцев. Связь Эрантиса с магическими талисманами на клетке была такой же прочной, как связь сосудов в кровеносной системе. Эти талисманы, пока он рос, замещали будущий контракт с хозяином – словно протез или временная пломба.

Сейчас, без этой связи, его сущность разделена пополам. Ему не выжить.

— Не плачьте, – проговорил он, закрыв глаза. Его и без того бледная кожа быстро серела. – Смерть в вечернем лесу куда лучше вечности в услужении у работорговцев.

Инга всхлипнула:

— Я не хочу, чтобы ты умирал! Я не верю, что нет шансов спасти тебя! Этого не может быть, ясно?! Давай думать, как восстановить эти талисманы… или… что там…

Под конец ее голос осип, дыхание стало прерываться. Голова Инги кружилась от потери крови. Оборотень только сейчас заметил, как глубока ее рана в боку. Его глаза полыхнули оранжевым.