Книга Гроза пустошей, страница 67 – Жанна Пояркова

Я прищурился, скрестив взгляд с женщиной-телепатом:

— Я Вербовщик и зовут меня не Хуан, как ты давно догадалась. Но разве не странно, что ты говоришь как раз то, что все тут хотят услышать?

— Значит я мастер, mi corazon^[14].

Тида издевалась, выуживая из памяти Ястреба Джека эти его испанские словечки. Мутант покраснел.

— Значит так, Тида. Сейчас мы с тобой расстанемся и даже дадим воды, если ты забудешь о случившемся. Вы никого не видели – ни нас, ни военных, да и вообще тут не бывали. Есть ли что-то, чем мы можем помочь твоему культу? Не стремлюсь к религиозности или царству насекомых, но мы вроде как дали обещание.

— Покормите чем-нибудь ящерицу, – ветер превратил в парус синее платье Тиды, его широкие рукава и подол. – Ей одиноко и, как всем нам, ей нужны друзья. А потом доставьте ее в Хаир, в местный храм.

Я посмотрел на роющую мордкой песок чешуйчатую животину. Удовлетворить просьбу Тиды ничего не стоило. Словно поняв, что мы пришли к соглашению, рептилия издала невоспроизводимый ящериный звук.

— Мы тут неспроста застряли. Ученые из Сативы хотят найти способ входить в зону искажений, приручить живые города и поработить мутантов. Я слышала Лестрейд – они говорили о том, чтобы использовать стабилизированные живые города как гигантские автобусы между нашей стороной и искажениями. Пока им, правда, ничего не удалось.

— Что за бред?

— Люди из бункеров стремятся вернуть все, как было раньше, до экспериментов Шрёдера – в мир больших автострад, гигантских заводов и удобной работы, – внезапно старуха перестала валять дурака. – Они еще не знают, что мутантами становятся не только люди, но когда узнают – пиши пропало. Перепугаются и будут переть сюда, как тараканы.

Вопреки обывательским страхам перед телепатами, они не настолько могущественны, как их изображают в увлекательных историях, полных цветистых преувеличений. Насколько я знал, они не могли читать мысли многих людей одновременно, им нужно было сосредоточиваться. В степени детализации и глубины чтения мыслей способности сильно разнились, ведь мутанты уникальны, как и обычные люди.

И все же чутье подсказывало, что Тида выбирала слова и образы не просто так. Била в больное, затрагивая мои страхи о приходе мертвого порядка старого мира в наши сумасшедшие пустоши.

— Мы привыкли считать себя пупом земли, все в природе якобы должно работать на нас. Но что, если насекомые будут обладать сложным сознанием? Что, если тягловые животные взбунтуются и начнут основывать храмы? Что, если среди них появятся такие же, как мы? – продолжила старуха. – Придется потесниться. Для того, чтобы с этим совладать, нужен новый порядок и новые люди. Или… и не люди вовсе.

— Люди устарели… – прошептала Хайки, округлив глаза.

Ястреб Джек завороженно слушал Тиду – нашел сказку по душе. Опыт Тиды бил прямо в романтичные сердца мутантов, предлагая революцию, но мне ход ее мыслей не понравился. Встрепенулся и Фахаб.

— Что ты несешь? Насекомые будут основывать храмы? Ты что, перегрелась, Тида?

— Ну дай старухе повеселиться, – улыбнулась она.

— Нам пора, – отрезал я. – Счастливо оставаться.

Сказанное телепаткой тревожило, но мой вам совет – не погружайтесь в мысли, наведенные мутантами. Они умеют зацепить опасения, использовать твои собственные слова для убеждения, завлечь, используя твои же мысли. Когда кто-то произносит то, с чем ты и так согласен, слова приобретают невиданную силу. Речь Тиды волновала и открывала картину мира, к которой никто не готовился. После искажений мы считали, что подготовились к неожиданностям, научились жить в ежедневном хаосе, ловить дзенский дух. Но смогу ли я договориться с разумной ящерицей?