Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 1, страница 83 – Миф Базаров

Я промолчал. Смех Лисицына я слышал не единожды — сухой, каркающий. Ох, помню, как он веселился, когда мы закрыли сложное дело с нежитью в Коломне, над которым бились больше месяца. Весёлый мужик.

— Сколько наших сейчас снаружи?

— Семеро в оцеплении, пятеро в резерве, двое в ступоре. Ждём подкрепление из Гатчины, — Крапивин покосился на тела на газоне. — Там четверо. Один ещё подаёт признаки, остальные… не знаю. Подходить нельзя, так как сразу попадаешь под менталку.

Я смотрел на здание. Давление в висках было несильное, но я знал, что это только начало.

— Какой у мага уровень?

— Седьмой, — Крапивин сглотнул. — Не ниже. Скорее, восьмой.

Восьмой. Это даже не магистр. Это уровень советника. Гранд-мастер. Я мысленно перебрал список тех, кто мог бы справиться с таким в одиночку. Список был небольшой, только верхушка ордена.

— Ждём, — сказал я. — Пока не подойдёт тяжёлая артиллерия, лезть туда — самоубийство.

Крапивин с облегчением кивнул, он наверняка боялся, что я сейчас рвану внутрь один, как в тот раз в Курортном.

Я посмотрел на здание банка и заметил в окнах второго этажа смеющегося Лисицына. Как такое вообще возможно: инквизитор высшего ранга, участвовавший в сотнях операций, попал под контроль? И теперь он там, внутри. Стал оружием в руках безумца.

Стоять без дела я не мог.

Но здесь за каждым окном мог поджидать враг, который даже не убьёт, а просто перепишет твою личность, сделает марионеткой. Ведь газлайтер мог быть не один.

Решил понять пока, на какой радиус распространяется ментальная магия. Медленно, по полшага, отслеживая каждое изменение в ощущениях. Крапивин крикнул что-то вслед, но я не обернулся.

На расстоянии метров тридцати от крыльца меня накрыло.

Давление в висках усилилось не сразу, оно накатывало волнами, как жар от раскалённой печи. Переросло от лёгкого покалывания в тяжесть, потом ощущение чужого взгляда — липкого, маслянистого, который шарит по лицу, по рукам, забирается под куртку. Я остановился и сделал вдох, пытаясь отгородиться. Бесполезно. Ментальный щуп газлайтера был подобен ледяной воде: он находил любую щель, любой зазор в защите.

И тогда я увидел своего бывшего напарника.

Краевский.

Он стоял у самого входа, прислонившись плечом к колонне. Чёрный плащ почти сливался с тенями, но тусклый свет выхватывал слегка перекошенный нос и его фирменную привычку держать голову чуть набок. Инквизитор, который умер полтора года назад. Я слишком хорошо помнил его похороны. А сейчас он стоял передо мной — живой, осязаемый, и криво усмехался. Точно так же, как в тот день, когда мы брали газлайтера в Пскове.

— Привет, Игорь, — сказал призрак напарника. Голос был точь-в-точь его. — Заждался.

Я заставил себя смотреть сквозь него. Сделал шаг назад.

Видение не исчезло. Оно просто стояло и смотрело.

Ещё шаг.

Краевский шагнул следом, выходя на свет.

— Ты же знаешь, это я, — сказал призрак. — Просто не хочешь верить. Я живой, как видишь. Нам надо поговорить. Почему ты не прикрыл меня? Ты же мог!

Я отступил ещё. В висках застучало сильнее, перед глазами поплыли круги. Иллюзия была сильнее, чем всё, что я встречал раньше. Она не просто показывала картинку, она давила на память, на чувство вины, на ту часть души, где до сих пор саднило.

— Пошёл ты, — прошептал я одними губами.