Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 1, страница 138 – Миф Базаров

— Сколько у нас времени?

— Почти нет. Бегом!

Первые охранники перехватили нас на лестнице. Пятеро с дубинками — обычное мясо, не маги. Я принял удар первого на блок, перехватил руку второго и, вывернув её, зафиксировал в захвате. Влил в обоих концентрированную волну первобытного ужаса и отшвырнул прочь. Они рванули вверх по ступеням, не оглядываясь.

Волков работал по-другому.

Быстро, беспощадно, без тени сомнения. Тот пустой взгляд, появившийся у него ещё внизу, никуда не делся. Двое охранников, доставшихся Диме, осели на пол мёртвыми. Третий в ужасе вскинул руки.

— Стоять, — остановил я друга.

Димка застыл. Посмотрел на меня.

— Он сдаётся. Нам не нужно столько крови.

Секунду Волков смотрел на меня. Потом что-то в нём дёрнулось, моргнуло — как будто тряхнули человека, которого накрыло волной.

— Слышу, — сказал он хрипло.

— Тогда идём.

Я вогнал в третьего охранника волну дикого страха. Тот бросился вверх по лестнице догонять своих коллег.

Мы рванули за ними по коридору к выходу.

Проходя мимо комнаты стражников, которых усыпляли в самом начале, я коротко надавил на них и наполнил дикой паникой. Они вздрогнули, будто от удара, сорвались с мест и с грохотом бросились вон, расталкивая друг друга.

— Зачем? — спросил Волков на бегу. — Они же враги.

— Враги? — я покосился на друга. — Они мне лично ничего плохого не сделали. Сидели у двери, потому что им приказали, — я чуть убавил шаг, огибая обвалившийся угол. — По мне, пусть живут.

Волков ничего не ответил, лишь скривился.

Здание стонало. Глухие щелчки — это балки лопались где-то в глубине. Потом — удар сверху, кусок гранита раскололся и опал сзади, гул прокатился по полу под ногами.

Павлик шёл первым, и он явно собрался. Это был другой Киселёв, не тот, что прожигает новый халат в первый же час работы. Этот прижимал ладонь к стенам на ходу, чувствовал вибрацию здания, читал её как текст. Маг земли в рушащемся доме — это как опытный таксист в городе без карты.

— Направо! Сейчас!

Мы свернули. За нами — грохот, осколки, удар.

— Там выход, — Павлик показал прямо. — Метров пятнадцать.

Я держал сумку с документами на плече. Волков был рядом, дышал ровно, профессионально.

А потом я заметил балку.

Огромная опора, рухнувшая откуда-то с перекрытия. Уловил это движение лишь боковым зрением: слишком близко, слишком быстро. Тело на одних рефлексах начало напитывать мышцы энергией, но мозг уже выдал холодный расчёт: не успеваю.

Волков ударил меня в плечо.

Жёстко, резко, вложив в этот толчок весь свой вес. Так бьют, когда вышвыривают из-под удара, уже не думая о себе. Меня откинуло в сторону, спина впечаталась в стену, но я чудом устоял на ногах.

Балка придавила Волкова.

Страшный звук, от которого что-то сжимается под ложечкой. Хруст. И тишина на долю секунды.

Потом Димка лицом вниз на полу. Неподвижный.

— Нет!

Я бросился вперёд, на ходу напитывая мышцы, и вместе с технарём мы вытянули Волкова наружу. Волосы на затылке слиплись от крови. Глаза закрыты, а дыхание поверхностное и сиплое, с такими паузами, от которых холодело внутри.

— Дима!

Я влил в него магию жизни, нащупал сердцебиение, поймал ритм, выровнял. Сердце билось. Слабо, неуверенно, но билось.

— Живой, — сказал Павлик за моей спиной.

— Знаю.

Потолок над нами медленно оседал, как будто мы попали в пресс, который закручивали всё сильнее и быстрее. Ждать было нечего.