Книга Время туманов, страница 102 – Ален Т. Пюиссегюр

Друзья смотрели на неё с сочувствием. Об этом они все успели догадаться.

Даже Драк перестал терзать подушку и ласково потёрся о Брайну.

— Они были удивительными, – продолжала Брайна, гладя Драка. – Мама – кошка-аргонавт, а папа – кот-маг. Вместе они странствовали повсюду и совершили множество открытий. Многое узнали о фелидах, о нашем прошлом и о разных чудовищах тоже. Они бы тебе очень понравились, Сирения! Любили приключения и неведомые края. Из экспедиций они возвращались с рюкзаками, полными сокровищ: обломками, черепками, табличками, найденными во время раскопок. Или костями чудовищ, побеждённых во время охоты.

Сирения слушала, и в глазах у неё мерцали слезинки-звёзды.

— Перед сном вместо сказок они рассказывали мне свои собственные истории…

— И что же с ними случилось? – сыграл на кантеле Лексиос. – И какое отношение к этому имеет Ксантос?

— Заклинаю всех кошачьих демонов, – воскликнула в ужасе Сирения. – Только не это…

— Не выдумывай, – одёрнул её бенгальский кот. – Уверен, ничего подобного. Хотя…

Оба повернулись к Брайне с испугом.

— Нет, Ксантос не убивал родителей.

Друзья вздохнули с облегчением.

— Вихри хаоса обрушились на развалины города фелидов, где они проводили раскопки. Это случилось на юго-востоке континента, около Ноксы. Они пытались создать временный портал, но случилось магическое замыкание. Портал исчез, они из него так и не вышли.

Брайна снова замолчала, глядя в пустоту. Ковен почувствовал, как велико её отчаяние, ещё секунда – и оно захлестнет её. Он боднул её головой и ласково замурлыкал.

— Мне так жаль, – горестно шепнул он.

— Больше трёх лет прошло с тех пор. А я не знала, что с ними случилось. Узнала лишь недавно.

— От тебя скрывали?

— Ксантос, – процедила сквозь зубы Брайна. – Всё он виноват. Целый год кормил меня баснями. Я ждала родителей, верила, что вот-вот их увижу…

— Почему же он так поступил? – растерянно спросила Сирения.

— Боялся моего горя. Так он мне объяснил. Можете себе представить? Целый год я считала, что они в экспедиции. Что не отвечают на письма, потому что в диких местах, где они работают, нет почты. Что они слишком заняты… А их уже не было в живых.

По спине Ковена пробежала ледяная дрожь.

— Он не имел права меня обманывать, – сказала Брайна и заплакала. – Знаю, он не говорил мне потому, что считал меня маленькой и слабой. Не верил, что я справлюсь.

«Даже не знаю, что сказать…»

«Лучше ничего не говори,– шепнул Черномордик. – По сравнению с Брайной мы с тобой вообще не видели горя».

Брайна плакала не таясь, горько всхлипывала, вытирала мокрые щёки и усы лапами. Драк и Ризу обнимали её, прижавшись к животу.

— А раньше вы тоже не ладили между собой? – спросила Серения.

— Мы всегда любили друг друга. Мама с папой редко бывали дома из-за экспедиций, так что лет с пяти я осталась, можно сказать, у Ксантоса на руках.

— А больше сестёр и братьев у вас нет? – сыграл с удивлением Лексиос.

— У мамы были трудности с котятами. Ксантос и я – единственные, кто не умер во младенчестве. Поэтому между нами такая большая разница.

Брайна вдруг улыбнулась сквозь слёзы.

— Ксантос всегда меня смешил. И поощрял мою страсть к кулинарии. Одна история с кексами чего стоит! Гадость получилась ужасная, а он расхваливал, как будто я испекла шедевр. Вот я и не пойму, почему он так ужасно со мной поступил? Как он мог?! А теперь он хочет, чтобы я стёрла из памяти его поступок. Чтобы всё было так, как прежде. Но разве это возможно? Так не бывает!