Книга Башенка из несбывшихся желаний, страница 95 – Ди Со Пон

— Но как же вы оказались в деревне? – робко поинтересовалась Юмин.

Услышав, что директор, прежде чем найти свое дело, долго метался, подрабатывая то тут, то там, она еще ярче ощутила, как много у них общего. Перебирая в руках бумажный стакан, Чжонхён вдруг поник. Грусть тенью легла на его лицо. Казалось, он раздумывает, стоит ли делиться своей историей.

То, что Чэгён упомянул проклятие забвения, стало своего рода разрешением делиться самым сокровенным. К тому же сегодня единственный в году выходной. Тот самый день, когда хозяева заведений могут выдохнуть и снять груз со своей уставшей души. А в этот раз сами клиенты организовали столь теплый праздник. Поэтому рассказать собственную историю в ответ на их заботу и доброту казалось неплохой идеей.

— Слишком многих мне не удалось спасти. Действительно многих…

Во взгляде Чжонхёна появилась новая глубина. Он находился здесь, но мыслями, казалось, унесся в прошлое. Опустив голову, он принялся разглядывать собственные ладони.

— Конечно, я осознаю, что всех спасти невозможно. Но знать это в теории и ощутить на собственной шкуре – вещи несопоставимые. Я стал все чаще винить себя. От одной мысли о клиенте, с которым больше не было возможности связаться, у меня подступали слезы, начинали дрожать руки и ноги. – Чжонхён закрыл глаза и вздохнул. – Когда я приехал в деревню, то повстречал здесь много прекрасных существ. Для меня было счастьем стать их клиентом. Под их присмотром я смог взрастить в себе новые качества и окреп духом. Настолько, что понимал: если покину деревню, уже ничто за ее пределами меня не сломит, как прежде.

Тхэён неподвижно глядела в лицо Чжонхёна, который продолжал сидеть с закрытыми глазами. Она разглядывала едва заметные тени, отброшенные мелкими морщинками, и линию его губ. Казалось, весь его внутренний мир отразился сейчас на лице. И Тхэён ощутила теплое чувство родства с этим человеком.

— Однако я понял, что моя роль на этом не закончена. Что я нужен этому месту. Ведь в деревню Мокхва прибывают люди, оказавшиеся на самом краю пропасти. Вдруг встречу здесь того, кому однажды не смог помочь? Мне хотелось закончить начатое, взять на себя ответственность за неудачи прошлого. Я подумал: будет здорово передать другим все то, что сам получил от жителей деревни, пока жил здесь как гость. – Когда плотно сомкнутые веки задрожали, он открыл глаза. – Поэтому я решил остаться в деревне. Пока не почувствую, что заслужил право покинуть это место, буду со всем рвением помогать израненным душам, что поселятся здесь.

— У тебя все получится, – тихо подбодрила его Кённан.

— Вы думаете? – улыбнулся Чжонхён.

Сидевший рядом Инха повернул голову к Кённан и чуть слышно спросил:

— А вы?

— Мм? Я?

— Интересно послушать и вашу историю. Мне кажется, вы все же не обычный человек. Не такая, как директор книжного магазина.

Казалось, Кённан бросит в ответ что-то вроде: «Так я тебе и рассказала!» – но Инха всем видом демонстрировал искренний интерес, и она испытующе взглянула ему в глаза.

— Раз вы ко всем обращаетесь на «ты», быть может, вам уже тысяча лет или что-то вроде такого? – настойчиво продолжал спрашивать Инха, который обычно под столь пристальным взглядом Кённан замолкал и больше не лез с вопросами. Но в этот раз было заметно, что он не планирует отступать и искренне интересуется прошлым хозяйки чайного дома.