Книга Башенка из несбывшихся желаний, страница 88 – Ди Со Пон

Тхэён снова завелась, и Кённан поспешила напоить ее успокаивающим чаем. Послушно, словно птенчик, открыв рот, она глотнула чая и ощутила, как медленно спадает раздражение. Вместо злости навалилось чувство безысходности.

— В мире так много разных несчастий. И с львиной долей этих проблем я лично ничего не могу поделать. Глобальное потепление, убийства, войны, преступления на почве ненависти, злые комментарии и даже просто люди, которые мне не нравятся. На свете слишком много бессмысленной борьбы. Слишком много… – Тхэён застонала и заерзала на подушке. – Видимо, жизнь – это сплошные страдания. Нет, конечно, случается и хорошее. Но в итоге мир все равно нанесет тебе удар. А что самое ужасное – эти раны не затягиваются. В результате все мы умираем, достигнув финала жизненной истории. Таково человеческое существование. Жизнь любого из нас.

Когда Тхэён настолько опьянела, что начала нести откровенную чушь, у нее временно забрали телефон, чтобы не опубликовала лишнего в соцсетях. Уткнувшись лицом в подушку, она, с трудом шевеля языком, вдруг начала рассказывать о том, что произошло с ней несколько месяцев назад:

— Я ведь даже открыла магазин на всем известной торговой улице Сеула. И дела шли неплохо, пока владелец здания не совершил подлость, просто выставив меня на улицу. Как назло, именно в то время я боролась с выгоранием, и предательство человека, которому доверяла, стало последней каплей.

Когда Тхэён закрыла свой довольно успешный магазин, она была настолько физически и морально истощена, что сама мысль о том, чтобы начать все заново, пугала ее. Так что все, на что у нее хватало сил, это листать ленту соцсети и пялиться в видео, сбегая от реальности. А новости в интернете продолжали показывать человеческие пороки и слабости.

— Казалось, я заболела мизантропией. Потеряла веру в людей и сама утратила человечность. Но плохие новости словно загипнотизировали меня. Я не могла от них оторваться. В конце концов я снова открыла магазин здесь, за городом. Но работать, как прежде, уже не могла. Меня настолько сильно раздражали покупатели, которые без конца жаловались на свои трудности, что мне стало нелегко вежливо обслуживать их. Я смотрела и думала: «Как будто тебе одному здесь плохо! На свете есть кое-что похуже твоих проблем».

Тхэён все сильнее расслаблялась и в итоге совсем поплыла. Мысли ее блуждали, а язык нес все что попало: начиная с истории о сне, который предвещал ее рождение, и заканчивая рассказом о похоронах мечты. В какой-то момент посреди всей этой болтовни кто-то любезно обратился к ней и протянул прозрачный бокал. В нем плескалось ароматное фруктовое вино золотистого оттенка.

— Вот, возьмите. Это вино, исполняющее желания. Громко произнесите, чего вам больше всего хочется, и залпом осушите бокал, – прошептал кто-то на ухо.

Перед глазами все плыло. Не в силах поднять голову, Тхэён качалась из стороны в сторону. Казалось, она держит в руке сразу два или три бокала.

Раскрасневшаяся Тхэён широко улыбнулась и громко закричала:

— Из-за того что хозяева других магазинов так заботятся о клиентах, те даже и не думают решать свои проблемы самостоятельно! – Ткнув свободной рукой в сторону собравшихся, она воскликнула: – То, что люди в последнее время такие слабаки и хлюпики, – ваша вина! – Наконец она высоко подняла бокал и изрекла: – Вам надо исчезнуть!