Книга Башенка из несбывшихся желаний, страница 41 – Ди Со Пон

— Да, – кивнула Юмин, но лицо ее по-прежнему выражало беспокойство.

Стоявший рядом Чэгён невольно услышал этот разговор и замер, вспомнив о Тоёне.

— Как следует все подготовьте к приезду подруги и пригласите ее сюда.

— Спасибо вам огромное! Не знаю, как и отплатить за это добро. Буду работать за десятерых!

— Не стоит перетруждаться. Я разрешил вам повеселиться здесь, потому что благодарен за ваш труд. Как я уже говорил, если тяжело – не молчите. Я же могу взять вам в помощь еще парочку работников.

— Директор, вы просто ангел! Правда-правда!

Хотя Юмин воскликнула это радостно, что-то было не так. После звонка в ней чувствовалось напряжение. Она была бесконечно благодарна, но при этом сильно взволнована. Будто некая тревога заглушала радость.

Раз это бросилось в глаза даже Чэгёну, то уж Чжонхён не мог этого не заметить. Когда книжный магазин закрыл свои двери для посетителей, Чэгён снова остался наедине с владельцем магазина. Какое-то время внутри раздавался лишь звон сухих тарелок, которые расставляют по местам. И когда Чжонхён уже начал снимать свой фартук, Чэгён вдруг откашлялся и будто невзначай произнес:

— Любопытно, какой диагноз вынес самый необычный душевный лекарь деревни нашей Юмин?

При этом он продолжал расставлять тарелки, даже не глядя на Чжонхёна. Видя, как Чэгён пытается спрятать свое беспокойство о девушке под маской равнодушия, Чжонхён невольно улыбнулся:

— Понимаете, на самом деле Юмин…

Наступила среда.

— Ого! Ты чего так растолстела? – оглядев с ног до головы Юмин, ахнула ее лучшая подруга Ча Хёнчжу, которая только что вернулась из Японии. Но вместо того, чтобы нахмуриться на насмешку, высказанную под видом заботы, Юмин лишь засмеялась, словно над шуткой:

— Да ну тебя. Мы так давно не виделись, а ты про вес?

— Ну просто это очень бросается в глаза.

— Ой, да я в курсе.

— Ужас. Посмотри, какой ты живот наела. Знаешь, как это вредно для здоровья? У тебя же даже парня еще нет. Как ты себя так запустила?

— Да ладно, я сама разберусь со своим здоровьем. Ты уж не переживай, – принимая у подруги ее вещи, попыталась защититься Юмин. Но, возможно, потому, что она говорила это с улыбкой, все то время, пока Хёнчжу распаковывала свои вещи и осматривала квартиру, она продолжала отвешивать неприятные комментарии по поводу внешности подруги.

«Ох, ее просто не остановить».

Прежде чем подруга ляпнет еще какую-нибудь гадость, Юмин скорее потащила ее в ближайшую к дому закусочную вместе пожарить мясо. Казалось, сейчас только еда могла остановить этот изливающийся поток неприятных слов.

— Ну, чем ты в последнее время занимаешься? В прошлый раз вроде говорила, что готовишься к экзамену на госслужащую?

— Да это когда было! Сейчас так… подрабатываю да думаю, чем же мне в жизни заниматься.

— Подрабатываешь? Все еще? Не поздновато ли в нашем-то возрасте? – упрекнула ее Хёнчжу.

Чувствуя, что задыхается, Юмин отпила воды.

— С другой стороны понятно. В Корее невозможно устроиться на работу. Если будет совсем невмоготу, переезжай в Японию. У нас там некому работать, так что даже ты найдешь себе что-то путное.

— Да какая мне сейчас Япония…

— Говорю же, таких, как ты, там ждут. Попробуй приехать хотя бы по визе «Воркин Холидэй»^[6]. Вечно ты твердишь, что не выйдет. Но ведь, пока не попробуешь, не поймешь. Я же говорю, что помогу тебе устроиться.