Книга Джейн Эйр – охотница на оборотней, страница 167 – Андрей Белянин, Дарья Менделеева

Письмо из Франции доставили в первую неделю апреля. Секретарь мсье Пастера писал мне, что мсье Пастер польщен моим интересом к антирабическим опытам. Так же мсье приятно удивлен, что я, мисс Дженни Эйр, прошедшая обучение в Ловудской школе Великобритании, разделяю его взгляды на природу оборотней. Великий Пастер удовлетворен моим аттестатом и готов предоставить мне место ассистентки в своем институте, если я согласна переехать в Париж, оставив свои семью и дом.

Но как могла я оставить только что обретенных сестер и брата? Как могла оставить Англию, не получив никаких вестей из Торнфилда?

Я учила индустани по просьбе Сент-Джона, чтобы доставить ему радость. Он и сам учил этот язык, собираясь отбывать в Индию в ближайшие месяцы. Язык давался мне нелегко, ведь сердце мое полнилось тоской по мистеру Рочестеру. Его лицо все чаще и чаще выходило из-под моего карандаша, когда я хотела что-то нарисовать. И иногда он снился мне ночами. Какой вздор! Я гнала от себя мысли о нем, но мое бедное сердце разрывалось.

В тот день мы с Сент-Джоном шли вдвоем по дороге к долине недалеко от нашего дома. Ветер доносил до нас ароматы свежей травы и цветов.

— Дженни, – сказал Сент-Джон, когда мы присели отдохнуть. – Я уеду через шесть недель. Корабль, на котором для меня заказано место, отправится двенадцатого июня.

— Я буду скучать, дорогой кузен. Пусть Бог будет вашим защитником и покровителем, – ответила я, – ведь вы решились прославлять имя Его.

— Да, – сказал он, сурово кивнув, – в этом честь моя и слава. Жаль, что другие достойнейшие люди не решаются на этот великий шаг.

— Таких людей очень мало.

— Но когда судьба указывает на них, мы должны помочь им пойти по верному пути. Что, например, ваше сердце говорит вам, Дженни?

— Ничего. Оно молчит, и молчит давно.

— В таком случае я буду говорить за него, – сказал он, глядя мне в глаза. – Дженни, поехали со мной в Индию! Будьте моей женой, спутницей и соратницей!

Казалось, свет померк в моих глазах. Что такое он предлагает?!

— О, Сент-Джон! Пощадите меня!

— Бог и природа создали вас для того, чтобы вы стали женой миссионера. В вас нет красоты, необходимой для вращения в светских кругах. Но вы с лихвою наделены душевными богатствами. Вы созданы для труда, а не для любви, и должны быть женой миссионера! Вам суждено стать моей женой, Дженни Эйр! Я требую этого от вас не ради легковесных чувств и греховных наслаждений плоти. Вы должны стать спутницей человека, творящего великие дела!

— Но, сэр, в моем сердце нет ни капли призвания к таким делам!

Скрестив руки на груди и вперив в меня свой взгляд, он наставительно сказал:

— Смирение. Смирение, Дженни, вот великая добродетель. Вы не готовы к великому делу? А кто готов? Современный человек – дрянь и тряпка, ничтожество! И я сам себя признаю ничтожной тварью. Но между тем осознаю свое призвание! Пусть я прах и пепел, тварь дрожащая. Но Господь может выбирать и слабые орудия для свершения воли своей! И вам надлежит думать так же, если хотите, чтобы темная повязка пала с ваших глаз и вы узрели истинный Свет!

Я начала колебаться. И правда, почему бы мне не поехать в Индию, не стать там директрисой школы? А может быть, даже принять в управление несколько школ? На это хватит моих талантов. Сент-Джон здраво рассудил, что, когда мы поженимся, мой капитал перейдет к нему, и тогда у него будет уже десять тысяч, которые он сможет употребить на прославление Господа.