Книга Джейн Эйр – охотница на оборотней, страница 133 – Андрей Белянин, Дарья Менделеева

— Нет.

— Мне тоже. Потому весь свой наследный капитал я намеревалась употребить на строительство собственного монастыря где-нибудь в провинции, а оставшуюся часть денег – на то, чтобы кто надо и где надо разнес про него молву. Чтобы такие женщины, как я – утомленные роком и своей животной природой (а таких, уверяю вас, немало), – съезжались в эту обитель и начинали в ней новую, богоугодную жизнь.

— Поскольку теперь вы единственная наследница Гейтсхед-холла, у вас будет больше возможностей для устройства такого места, – ответила я и опустила револьвер. Моя кузина вскинула брови.

— Что же? Вы не вышибете мне мозги?

— Нет, мисс Элиза, если вы поклянетесь не препятствовать моему отъезду из Гейтсхеда и исполнить задуманное вами дело по служению Господу.

— От исполнения моего обета меня могли удержать лишь две вещи: нищета или смерть. И если вы намерены сохранить мне жизнь, Дженни Эйр, то никаких препятствий передо мной больше нет. Я не испытываю к вам злости, потому что презирала сестру и мне ее совсем не жаль. Что же до матушки – дни ее были сочтены, вне всякого сомнения. Вы лишь ускорили неизбежное, и это ваш грех, с которым вы и продолжите жить, если, конечно, считаете его грехом. В любом случае, – она взглянула на хладное тело матери и встала, – я не стану препятствовать вашему отъезду. Но вы поможете мне с организацией двойных похорон. Я, знаете ли, оказалась наедине с этими печальными хлопотами благодаря вам.

Я кивнула. Элиза Рид вышла вон, и я поспешила за ней следом. Теперь у нас было дело, которое предстояло исполнить обеим. Мне пришлось на это пойти. И я ни о чем не жалею…

…Я вернулась в Торнфилд через месяц после того, как покинула его.

Сначала я выполнила свое обещание, данное кузине: мы вместе похоронили мистрис Рид и Джорджиану. Церемония прошла быстро. Шел дождь. Бесси выглядела убитой горем и радостной одновременно. Немногие прихожане надели траур для соблюдения приличий.

Местный священник, очевидно знающий о тайне покойных, отслужил службу так, как того требуют правила. А потом долго общался с мисс Элизой, утешая ее дочернее и сестринское горе, между делом рассказывая, какой ремонт нужен церкви к Рождеству.

После скромного поминального обеда я стояла во дворе, ожидая, когда мои вещи будут погружены в коляску. Элиза Рид вышла из дома и встала рядом. Мы помолчали некоторое время.

— Вы меня очень обязали своими помощью, скромностью и великодушием, – сказала мисс Элиза. – Какая бесконечная разница между вами и моей покойной глупой сестрой. Вы идете по своей дороге и никого ничем не обременяете. Выполняете свой долг, как вам то предписано.

— Разве не обременила я вас тем, что от моих рук нашли упокоение ваша сестра и матушка?

— Признаю, – честно ответила она, – мне было бы легче, если бы этот печальный долг выполнил кто-то другой. Но этот «кто-то другой» не пощадил бы меня.

— Надеюсь, вы будете счастливы, мисс Элиза.

— Что такое счастье, мисс Эйр? Завтра я отправлюсь далеко от этих мест, покину их навсегда. Этот дом уже не имеет для меня никакого смысла. Нотариус продаст его и вышлет мне вслед капитал. Местопребыванием моим станет тихая обитель, которую я приглядела для своей цели. Письма, написанные эзоповым языком, приглашающие страждущих девушек и женщин присоединиться к моей аскезе, будут разосланы моим секретарем, когда я доберусь до места. Впрочем, я отправлю вам письмо, в котором расскажу и о путешествии, и о том, насколько успешно мои мечты претворяются в жизнь.