Книга Джейн Эйр – охотница на оборотней, страница 122 – Андрей Белянин, Дарья Менделеева

— Но, сэр, именно этой ночью вы и попросили меня об услуге предосудительной и странной…

— О, вы вновь заговорили об этом! – закатив глаза, раздраженно сказал мистер Рочестер. – Знайте же, что вы имеете надо мной сильную власть и можете навредить мне, Дженни Эйр! Но я не рискну сказать вам, в чем может заключаться этот вред, чтобы вы не перестали быть моим маленьким другом.

Мистер Рочестер прошел в беседку, обвитую плющом, и сел на скамейку. Я села рядом с ним.

— Теперь я хочу поговорить с вами серьезно.

С серьезными разговорами у мистера Рочестера не складывалось. Он пространно рассуждал о каком-то юноше, уехавшем на чужбину и совершившем страшную ошибку (назвать которую, конечно же, нельзя), последствия которой перечеркнули всю его жизнь.

О запутанных отношениях с людьми, о странствиях в поисках покоя и отрады. О возвращении на родину с разбитым сердцем и увядшими членами, где уже не юноша, а мужчина встречает новую любовь, девушку, которую искал двадцать лет, а может быть, и всю жизнь…

— Имеет ли право грешный, но раскаивающийся странник пренебречь условностями света, чтобы воссоединиться со своей нимфой, способной принести ему свет и покой? Что вы об этом думаете?

— Я думаю, сэр, что эта история похожа на какую-то поэму Джорджа Байрона, но не могу припомнить какую. Возможно, вы прочли ее в библиотеке вечером и излишне разволновались, раз обсуждаете этот фельетон так страстно в такой час.

Я вспомнила свой визит к поэту. Он говорил столь же сумбурные речи, полные фантазий и высокопарности. А еще был ужасно пьян и развратен. Мистер Рочестер был трезв и собирался жениться на мисс Ингрэм. Мы оба молчали. Наконец я посмотрела на него и встретила нетерпеливый, нервный взгляд.

— Маленький мой друг, – сказал он с таким сарказмом, от которого меня словно окатило холодом с головы до ног, – вы, конечно, заметили мою нежную страсть к мисс Ингрэм. Скажите, способна ли она нравственно возродить меня, став моей женой?

Внезапно мистер Рочестер вскочил с места, едва ли не бегом пересек аллею, оказавшись на другой ее стороне, а возвращаясь, начал насвистывать какую-то мелодию.

— Дженни-Дженни, – сказал он, остановившись передо мной. – Вы так бледны! Я бессовестно нарушил ваш покой, и вы совсем не спали эту ночь. Вы проклинаете меня?

— Нет, сэр, зачем мне вас проклинать?

— Дайте мне руку, чтобы я понял, что вы не сердитесь на меня!

Он сам схватил мою руку, спрятав ее в своих ладонях.

— О, какие холодные пальцы! Дженни, когда вы вновь проведете со мной всю ночь?

— Простите? Чего?!

— Накануне моей свадьбы, а? Посидите со мной в кабинете с глазу на глаз? Я хочу обсудить с вами мою невесту. Эта женщина – редкое совершенство, не так ли? Высока, полна, дородна, остроумна, весела, резва! Так что же? Проведете со мной последнюю мою холостую ночь?

— Разумеется, нет, сэр.

— Нет?! Вы говорите мне «нет»?

— Если вы знаете хоть одну честную женщину, которая на такую просьбу ответила бы «да», покажите мне ее.

— Ах, вот оно что! Честь! – Он коротко и зло хохотнул. – А как же моя честь, Дженни Эйр? Неужели моя честь для вас не гарантия и не основание для…

— Сэр, – я вырвала свою руку из его ладоней и встала, – я уже говорила, что выполню любое ваше поручение, которое не противоречит голосу моей совести.