Книга Выбор мудрых, страница 137 – Андрей Рымин

В том, что они непременно победят, что неведомых сарийцев, что зарбаговых тварей Валай ни капли не сомневался. Такой-то мощью и не победить? Скажи год назад кто Волку, что на свете вообще существует столько людей, он бы ни в жизнь не поверил. В одном только ополчении их три тысячи мужиков, а у восточников, как этих пришлых тут называют, аж десять раз по столько – и все настоящие воины. В имперской же армии – а там говорят каждый боец троих стоит – так вообще вдвое больше народу. Чуть ли не сто тысяч всего. Неужели во всем мире есть сила, что такое войско побьет? Тут хоть в Бездну иди и самого Зарбага за уши хватай. Глядишь, здесь чернючью заразу вытравят и Долину пойдут очищать. Вот бы здорово было.

Валай потянулся и шумно зевнул. На выдохе изо рта вылетело еле заметное облачко пара. Зима, третий день, как идет. Без морозов пока, но свежо – самое то для тяжелой работы. До вечера, поди, с рвом провозятся, а там, глядишь, враг объявится – не до холода станет.

— Бросай работу, охотники! – гаркнул подошедший незаметно для задумавшегося Волка Нардаг. – Сюда слушайте!

Сухой и деловитый старшина Оленей говорил мало. Раз уж взял слово, нужно послушать. Валай обернулся. Так он не один! С гостями. Дюжина восточников рядом. И чего хотят? Интересно.

— Вот, в помощь нам выделили, – махнул на солдат Нардаг своей длинной жилистой лапой. – Будут огнем прикрывать. Наше дело беречь этих воинов и под пламя не лезть. Всем понятно?

Охотники довольно загомонили. Силу огненных тут кроме Волка и Мины все успели узнать. Да и те по рассказам себе представляли, на что эти люди способны. Валай присмотрелся: у шестерых за спиной дутые прямоугольные ранцы – слово само собой вспомнилось. От них к металлическим трубкам протянуты рукава – по ним, как он теперь знал, течет жижа-горючка: такая, какой Ралат халабуду на таракане жег. Один мужик-ополченец из мастеровых что-то там про древесный спирт и животный жир на днях рассуждал, да Валай ничего не понял. Главное, что горит оно ой, как жарко. Один воин обливает струей, другой потом специальной стрелой поджигает. Значит, все-таки тварей зарбаговых ждем. Против них средство.

Воины разбились по парам и разошлись вдоль их куска рва. Копать помогать и не думают. Ну и ладно, мерзнете без дела сидючи, а мы кровушку по жилам погоняем, погреемся. И Валай вернулся к работе.

* * *

Предгорный лес приближался. Так сильно манящий мать разлом в Мировой стене лежал перед ними в каких-то жалких двух днях пути. Для армии естественно. Пусти сейчас в галоп жеребца, и будешь там к вечеру. Только проехать никто не даст – идиоты-имперцы выкопали поперек поля ров. Как будто он их защитит от божественной силы луча-хватателя.

Наоборот, Юлиан и его генералы-маршалы подставили сами себя. Зажали свои полки между лесом и этим дурацким валом – теперь даже контратаковать только с флангов смогут. Канавка вшивенькая, но и через такую кавалерию так просто не проведешь. Да и пехота застопорится. Никакого маневра себе не оставили, стратеги высоколобые. Думают он прямо с марша свои войска погонит на штурм? Единым навалом, без подготовки? Ага, ждите, ждите. Перехитрить они Первого Ангела вздумали.

Даниэль бросил косой взгляд на мать, ехавшую на своем вороном жеребце-гиганте справа от него. Хотя, она-то как раз считает, что это он от неё слева расположился. Лишь бы только не лезла с советами, или, что еще хуже, с приказами. Обещала, конечно, но мало ли. От Богини можно ожидать чего угодно – ей никто не указ. Надежда только на здравый смысл. Понимает же, что её старший сын – лучший полководец этого мира.