Книга Плохая война, страница 133 – Борис Конофальский

— Знаете, что веду войну с кантоном?

— Об этом на реке все знают, до самого Хоккенхайма слухи доходят. Даже там все удивляются вам!

— А я знаю, что вы часто бываете в Рюммиконе и Милликоне, говорят, и в столице кантона Шаффхаузене бывали.

— Дело мое купеческое подразумевает постоянные разъезды, – заметил Гевельдас.

— Это хорошо, хорошо, – продолжал кавалер, отводя купца от всех остальных, – понимаете, остался я без ушей и без глаз на том берегу, были у меня там людишки, да по глупости сгорели, насилу из тюрьмы их вызволил.

Глаза купца округлились, понял он уже, куда клонит знаменитый в этих местах человек. И стало ему оттого нехорошо, купец уже думал, как кавалеру отказать, но пока продолжал слушать.

А Волков, словно и не замечая испуга собеседника, сказал:

— Хочу, чтобы вы нашли на том берегу верных и глазастых людей, чтобы видели всё и слышали и через вас мне передавали, чтобы я каждый день к завтраку знал, что там творится. – Теперь он, кажется, заметил испуганное лицо купца и, засмеявшись, добавил: – Полно вам, полно, отчего же вы одеревенели?

— Признаться, с должностью такою я не знаком, – произнес, чуть запинаясь, господин Гевельдас. – Боюсь, что толку от меня в деле таком будет мало.

— Нет, не будет мало, любой купчишка всегда хороший шпион, и видит все и слышит, и с людишками толковать, коли нужно, умеет. Вы справитесь. И чтобы не думали вы, что я попросту принуждаю вас, так я вам взамен предложу дело, что сулит вам большие выгоды.

— Какое же? – без всякого интереса спросил купец.

— Купцы из кантона хотят мне сюда уголь и лес возить, да не могут: война. И мои купцы не могут в кантон ездить – боятся. А вам никто не запретит, никто вас не упрекнет. Все перевозки вам отдам. А мне нужно две тысячи корзин угля сюда до весны перевезти, сие уже немало, и это только уголь, не считая досок, бруса, теса и всего прочего. Так что в накладе не останетесь.

— А что же мне нужно делать будет? – Купчишка все-таки боялся, не хотел заниматься сомнительным делом.

— Да пустяки, умного и нет там ничего. Просто по кантону ездишь – слушай да смотри, смотри да слушай. Где военных увидал, так там и постой, поговори с кем-нибудь. Разузнай, нет ли лагеря рядом. А лагерь нашел, так вокруг него посмотри, кто да откуда, свои ли, чужие, посчитай подводы, а не можешь – так хоть палатки посчитай, узнай, кто старший у них, запомни, какие флаги над лагерем, какие гербы. Но и то не главное. Главное – найти людей, чтобы все это сами рассказали. И лучшие для такого дела люди – это писари городские. Людишки они мелкие, до серебра жадные и всегда всё знают. Вот с ними лучше и завести дружбу. А для дружбы такой… – Кавалер достал небольшой кошель. – Вот. Тут десять гульденов для начала. Можно завести таких людей парочку, одного в Рюммиконе, другого в Милликоне. А еще лучше такого писаря купить, что в столице при консулате состоит.

Купец машинально взял кошелек и продолжал стоять с разинутым от ужаса ртом, слушая Волкова, а когда тот закончил, спросил:

— А что же будет, если меня схватят?

— Тюрьма, – сразу ответил кавалер. – И вам туда лучше не попадать. Мои людишки крепки были, не чета вам, но и они едва живы вышли из застенков.

— Тогда… Тогда… – Купец попытался вернуть деньги кавалеру. – Уж лучше мне отказаться.