Книга Графиня фон Мален, страница 90 – Борис Конофальский

Уве Вермер крепкой рукой старого сержанта схватил Хельмута Майнцера, купца из Ламберга, за шиворот и дернул так, что добротная ткань затрещала и нитками пошла.

— А ну, вставай!

А купчишка на ноги не встает, тащится по земле и орет:

— Стойте, стойте, добрый господин, не гоните, дозвольте сказать.

— Пошли, ты наговорился уже. – Сержант тянет его по земле, утаскивает за шатер.

— Господин, я знаю тайну… тайну о большом богатстве.

Тут офицеры, смотревшие на это жалкое зрелище с презрением, в лицах переменились, переглянулись, и Волков крикнул:

— Вермер, отпусти его.

Молодой купец тут же вскочил и подбежал к полковнику, поклонился еще раз на всякий случай.

— Уж только обещайте, что вернете мне мои товары, если я вам расскажу про большое богатство.

Учитывая, каким выгодным вышло дело приказчика Виллима Хойзауэра, Волков долго не размышлял и кивнул.

— Если богатство это есть и я его найду, то верну тебе все твое. А если врешь… так велю тебя пороть, имей в виду.

— Есть-есть, добрый господин, – затараторил купец, – и оно рядом.

— Ну, говори. – Волков был заинтересован. Как, впрочем, и Карл Брюнхвальд, и даже сержант Вермер.

— Хорошо-хорошо… – Купец собрался с мыслями. – Значит, зимою, до Рождества еще, но было уже студено, так что по берегам и лед намерз, приехали к рыцарю фон Эрлихенгену важные люди.

— Важные люди? – Волков поболтал в чашке кофейную гущу и жестом подозвал Гюнтера, показал ему: пусть сварят еще. – И что же это были за люди?

— Очень важные купцы, трое их было, – чуть не с придыханием от благоговения продолжал Хельмут Майнцер. – И вот они говорили с рыцарем о тайном деле. Говорили о том, чтобы он пропустил по реке их товары.

— Сам ты этих купцов видел? – уточнил кавалер. Он сомневался, что этого сопляка допустили до и вправду важной информации.

— Нет, не сам, глава нашей гильдии господин Альтшуллер рассказывал, – признался молодой купчишка. – И вот они договорились, господин кавалер пообещал, что их лодки трогать не будет.

— Куда плыли лодки и что в них был за товар? – спросил Волков.

— Куда плыли? – Хельмут Майнцер даже удивился. – Плыли с востока, к Фёренбургу, к Марте, а оттуда, думается мне, на север в Нижние земли.

Волков прикинул: то есть баржи плыли из Экссонии на северо-запад. Важные люди, серьезный груз…

— Серебро, что ли, везли? – догадался он.

От такой догадливости купец удивился еще больше.

— Вы тоже про то слышали?

Волков на этот вопрос отвечать не стал, он уже чувствовал, вернее, он очень надеялся, что разговор этот не пустой.

— С чего бы вашим купчишкам знать про серебро, авось невелики птицы, чтобы им о таком деле большие купцы рассказывали.

— Так те купцы, что везли серебро в трех баржах, по всем берегам предлагали менять его на золото по хорошей цене. И многие менялы, и купцы, и банкиры о том знали, – объяснял купец, – и наши тоже. Кто имел золотишко, на том караване неплохо заработал.

Волкову от поваров Гюнтер принес свежесваренный кофе, налил его в супную чашку, а кавалер ложкой зачерпнул густых сливок из маленькой крынки и кинул их туда же, стал глядеть, как они исчезают, плавятся в горячей черной жиже. Денщик, зная уже привычки хозяина, поднес ему колотый сахар на тарелке.

Пока происходило это таинство, купец молчал, не смея отрывать господина от столь важного дела. И дождался, пока Волков его сам спросил: