Книга Божьим промыслом. Принцессы и замки, страница 160 – Борис Конофальский

— Уже? — удивляется Волков.

— Да; и желающих много больше, чем вакансий, — подтверждает его заместитель. — Всем нужны деньги, и солдатам, и офицерам, тем более что многие хотят прогуляться по Винцлау.

— Думают, что это будет лёгкая прогулка?

— Конечно; а ещё думают, что будет добыча.

— Добыча? — недоумевает генерал. — Откуда? Вы рассказали людям, куда мы идём и зачем?

— Конечно, я сказал, что идём освобождать принцессу Винцлау. И все думают: раз так, то она нас всех возблагодарит.

— Болваны, — коротко резюмирует Волков.

— Солдаты — они как дети, — соглашается с ним полковник. — Они всегда верят, что рано или поздно их ждёт большая добыча. Да и офицеры, признаться от них недалеко в этом ушли, — старый полковник смеётся. — А не будь у них такой мечты, кто бы тогда шёл в военное ремесло?

— Мечтают, значит, дураки? — невесело спрашивает генерал.

— Мечтают, мечтают, — уверяет его Брюнхвальд. — Всякий ротмистр всегда мечтает стать генералом и, чем чёрт не шутит, — он смотрит на Волкова, — к званию ещё и получить титул — барона, например.

Барон фон Рабенбург на это ему ничего не отвечает. Он уже начинает думать о своём новом деле. А Карл Брюнхвальд и продолжает:

— Обоз, кстати, уже готов, возы и меринов я распродавать не стал, всё у меня, да и провиант, оставшийся от сидения в Фёренбурге, ещё не весь потрачен. Опять же фураж есть. Немного… Только кавалеристов нанять надобно, но пока они соберутся, можно уже выступать. Осталось только людей собрать, и уже послезавтра можем выступить. А кавалеристы нас потом в пути догонят.

И на это генерал ничего не ответил, а лишь вздохнул и стал смотреть на рыжие, покрытые кустарником холмы своего поместья.

Догнали пушки очень скоро, а их, пропустив пушки вперёд, дожидался на обочине усталый и грязный ротмистр Хаазе.

— Будьте здравы, господин генерал, — поздоровался ротмистр. — Господин полковник, господа.

— Хаазе, как добрались? — интересуется Волков.

— Всё хорошо, господин генерал, — отвечает Хаазе, — пушки я осмотрел, всё сделано хорошо было. Мастер сказал, что постарается, так и постарался.

— Не спешите хвалиться, — замечает полковник, — как доедут до Эшбахта, всё осмотрим и первым делом посмотрим ступицы и оси, нам путь предстоит длинный. А в тяжких пушках ступицы — это первое, что в дороге ломается.

— А что? Мы не до Эшбахта едем? Мне дальше пушки вести? — кажется, Хаазе немного удивился, а может, и расстроился.

— Нет, дорогой ротмистр, — смеётся удивлённому лицу полковник, — нас ждёт незабываемое путешествие в прекрасную землю Винцлау.

— В Винцлау? — молодой офицер удивляется ещё больше.

— Да-да, в Винцлау, — Брюнхвальд улыбается и идёт к карете; и, садясь в неё, добавляет: — Там так красиво, виноградники повсюду. А какие там крестьянки… О-о… Сильные, загорелые, горячие… И когда топчут виноград, так высоко подбирают юбки, что видно коленки.

Проезжая мимо и видя растерянное лицо Хаазе, даже невесёлый генерал усмехался.

— А что же он думал? — улыбался полковник. — Что жизнь офицера-артиллериста легка будет? Думал, что будет вечно в столицах прохлаждаться за казённый счёт?

Волков велел кучеру ехать быстрее, и ещё до вечера они были в Эшбахте. И сразу приступили к делу, стали собирать офицеров, которых намеревались взять с собой. Фон Готт и фон Флюген стали собирать его оружие и готовить коней, вытащили из сарая шатёр. Гюнтер и Томас стали срочно собирать его вещи и стирать те, что были не стираны, укладывать его походную постель и посуду.