Книга Охотник, страница 90 – Борис Конофальский

Анна-Луиза сразу кинулась к ней обниматься:

— Здравствуй, сестра. Сильвия, это Света, я ее привела.

Сильвия, освободившись от объятий, оглядела Светлану с головы до ног и даже потрогала рукав ее куртки.

— Анна-Луиза говорила, что ты крутая, а я не верила. Она говорила, что ты добыла себе одежду в «Радуге» и что ты ходишь за насыпь. А мне казалось, что она преувеличивает. Теперь я вижу, что она была права. У тебя отличная палка, ботинки…

Она протянула руку к рукояти Кровопийцы, которую было видно под расстегнутой курткой, но Свете это не понравилось. Она и сама не могла понять почему: не понравилось, и все. Не надо трогать ее тесак. И она без грубости отвела руку Сильвии от Кровопийцы. А та, словно и не заметив этого, продолжала спрашивать:

— Ты рюкзак тоже в «Радуге» достала?

Света кивнула. Одноклассники смеялись над ней, называли ее Спортивной, вкладывая в это словно явную насмешку. А тут нашлось другое слово – крутая. Да, крутая! Из-за ботинок и рюкзака. Это вам не в магазин зайти и купить себе то, на что вам родители дали денег. Тут вам деньги не помогут, тут ценные вещи нужно добыть. Идите попробуйте!

— А правда, что ты за насыпь ходишь? – спрашивала маленькая женщина, а сама снизу вверх своими серыми взрослыми глазами заглядывала Светлане в лицо, как будто старалась что-то прочитать в нем.

— Хожу, – отвечала Светлана.

— Но там же страшно. Зачем туда ходить? Что тебе там нужно? – интересовалась Сильвия так, как будто допрашивала девочку.

Этот вопрос Свете не понравился, но Анна-Луиза уже могла рассказать Сильвии, зачем Светлана ходит за насыпь. И поэтому она ответила:

— За трупоедами. Это жуки такие. Неприятные.

Вот теперь в глазах маленькой женщины вспыхнул настоящий интерес, и Света это почувствовала.

— А зачем тебе эти жуки? – спросила Сильвия.

Сказать правду? Нет, она, конечно же, не могла сказать правду. Света помолчала немного и, не найдя ничего лучшего, произнесла:

— Нужны.

— Да, хорошо. – Сильвия неожиданно легко согласилась с таким ответом. – Нужны так нужны, а нам нужна такая, как ты.

А тут еще Анна-Луиза развязала узелок и показала Сильвии черно-фиолетовые листочки.

— Это мне Света принесла.

Маленькая женщина взглянула на листочки фикуса и потом сказала:

— Мы давно ждем такую, как ты, Света.

«“Мы”? Кто это “мы”? Ты и Анна-Луиза? Давно ждете? Как давно? Сколько вы уже тут прячетесь в развалинах?» Эти вопросы едва-едва коснулись сознания девочки. Их заслонило приятное чувство востребованности. Нужности. Она, конечно, была нужна и маме, и папе, и близнецам. Но там эта ее нужность казалась обыденной, домашней, семейной. А тут все было иначе. Тут она была крутой.

— Мы давно хотели пойти на Васильевский остров, – продолжала Сильвия. – Но нам было страшно. – Она взглянула на Анну-Луизу. – Нам и сейчас страшно. Но просто сидеть тут больше нет смысла.

«Сидеть больше нет смысла? – подумала Света. – Но вы ведь туда не дойдете, ни одна, ни другая». В этом девочка была почти уверена. Уверена. И она решила спросить их об этом, вернее уточнить:

— Девочки, а зачем вам идти туда?

Сильвия взглянула на Анну-Луизу немного удивленно, и та жестом передала ей право говорить за них обеих.

— Света, а ты разве не знаешь, что если добраться до того места, откуда тебя зовут, то ты сможешь спросить у голосов, зачем тебя звали. Тебе не смогут ответить. И все, ты свободна. Свободна! – сказала маленькая женщина.