Книга Безбесыш. Предземье, страница 90 – Андрей Рымин

Вой немедля подхватывают новые глотки. Разбуженные криками люди повсеместно вскакивают с подстилок и тут же падают, разрубленные клинками Китара. Лагерь мгновенно превращается в ад. Вопли ужаса, стоны, фонтаны крови. Вот за что уважаю мальчишку, так это за решительность. Если нужно прикончить пару-другую десятков врагов, Китар это сделает, не моргнув глазом. Ноль малодушия. Столько же ненужных сантиментов. Враги для него перестают быть людьми. В этом мы с ним похожи.

Но пора сменять парня. Время действия дара закончилось. Проскочив между двух соседних повозок, Китар исчезает в лесу. Главная сцена моя.

— Тревога! На нас напали! Все к экипажу хозяина!

Кричу, пробираясь среди вскочивших людей. До этой части лагеря Китар не добрался. Темнота, суета, толкотня. Всё орут, заглушая голоса командиров, пытающихся навести порядок, все куда-то спешат. Бестолковый бардак. Я им пользуюсь. Мечи мага ждут своего часа на поясе в ножнах. С ними в этой тесноте неудобно. Распихивая купеческих дружинников, то и дело незаметно пыряю людей ножами, спрятанными в обеих руках.

Кого в печень, кого в грудь, кого в горло. Несколько секунд никто не может понять, что происходит. Потом первая попытка ответить ударом. Вторая, третья… Вот бойня и переросла в полноценный бой. Отпрыгиваю, вырываясь из гущи людей. Выхватываю из ножен мечи.

— Вы все сдохните! Смерть Зимородовым!

Всего несколько секунд после бегства Китара — и я сбрасываю маску. Пусть все видят, кто тут враг и предатель. Залетаю на ближайшую открытую повозку.

— Ну! Кто смелый?!

Пара увальней пытаются ткнуть меня копьями. Не с их мастерством. Срубаю наконечники и в стремительном выпаде достою обоих клинками. Пора на землю. Все успели меня рассмотреть и понять, что предатель один. Тут стоять неудобно. Повозка дёргается туда-сюда — стреноженные лошади поддались всеобщей панике. Оставляю стратегическую высоту — и на землю.

— Какого йока?! Никодим!

Ну вот и Лаком выбрался на свежий воздух. Позади старшего Зимородого прячется младший.

— Слуги Низверженного! Вы все умрёте! Соболевские живы!

Налетаю на пребывающую в броуновском движении толпу. Порядка здесь пока нет, как и не было. Рублю одного, протыкаю второго, разваливаю чуть ли не надвое третьего. Хорошее тело — тяжёлое, сильное, ловкое. Даже при более высоких долях с Китаром гораздо сложнее проводить такие приёмы. Масса, рост и длинные руки позволяют крошить противников в лоб. С мальчишкой такое не провернуть. Его преимущество в проворности. Там совершенно иная тактика боя.

— Где пленник?!

Последние слова Зимородова старшего мне очень не понравились. Потому и стали последними. Пришлось отвлечься, чтобы метнуть нож в купца, который завалился назад, схватившись за пробитое горло. Что вам пленник? До него ли сейчас? А ну, все — бегом расправляться с предателем! Или Никодим обезумел? Пойди тут разберись в этом хаосе.

Но вроде как никто не бросился проверять тюремный фургон. И в лес тоже никто не рванул. Может, только одиночные трусы чуть раньше, в апогей суматохи, но те точно побежали не Китара искать.

Оставшиеся в живых солдаты, кто не занят непосредственно в схватке со мной, собираются вокруг Якова. Десятники вот-вот наведут порядок. Надо поторопиться. В этом теле у меня, ни полей, ни узлов. Долго вести настолько неравный бой не смогу. Уже несколько ран — одна неприятная — тянут из моего нового тела кровь.