Книга Безродыш. Предземье, страница 90 – Андрей Рымин

Кит и так очень неплохо устроился. Успевает тренироваться с ножами, топором и копьём в метании и с самострелом в стрельбе. Бегает, прыгает, скачет белкой по веткам деревьев. Бесконечная гребля на ползанке наполнила руки мальчишки дополнительной силой. И я тоже тружусь — второй узел закончил. На планетах, где местные жители не умеют работать с протоэнергией, по своей текущей физической форме носитель соответствовал бы подростку шестнадцати, а то и семнадцати лет. Опять же физически развитому и тренированному. И это я ещё делаю поправку на малые рост и вес.

Но, увы, всё хорошее любит быстро заканчиваться. Боясь привлечь падальщиков к звериной тропе, где он ставит капкан, мальчишка по глупости выбрасывал в воду все вскрытые туши. Итог — сегодня утром там, прямо у водопоя, обнаружился панцирник, уже ждавший еду. Так-то пусть с ним — не так уж и важно, кто подъедает отходы производства — но раньше путь по чистой воде между этим берегом и островками был относительно безопасным, а теперь здесь на постоянку обретается хищник, способный в секунду перевернуть лёгкую лодочку.

Хорошо хоть, что это всё тот же некрупный ящер, что тогда стянул аиста. Шанс с ним справиться есть. Что носитель задумал не знаю, но мальчишка зачем-то разобрал ту ловушку, что стояла на хищников и перевёз все верёвки на островок с соснами. В этот раз пришлось плыть по широкой дуге. Крюк на лишнюю версту уберёг от нападения панцирника, но что будет завтра? И время… С новым, удлинённым маршрутом Китар просто не успеет всё проворачивать в отведённый срок.

Проблему нужно срочно решать. Повлиять я никак не могу. Интересно, что придумает Кит.

Две с лишним сажени в длину, пудов тридцать-сорок веса, короткие толстые лапы, на которых не прыгнешь, но пробежаться, цепляя белёсым пузом траву, при желании можно. От головы, по всей спине, до хвоста коричневый костяной панцирь с продольным гребнем по центру. Морда вытянутая, челюсти — каждая длиннее моей ноги, россыпь острых зубов. Жёлтые, выглядывающие из-под тяжёлых век глаза с вертикальными зрачками. Шеи практически нет, но петля затянулась надёжно, заняв складку-ложбинку между бугров, что пупырчатыми полосками покрывают всю шкуру твари.

Такой дичи я ещё силком не ловил. Впрочем, я и тушу косули, которую вчера взял капканом на Дикой земле, раньше приманкой не ставил. Обнаглевшему панцирнику не привыкать таскать дичь с этого островка. Только понял, что кормить у того водопоя его больше не будут, как сразу же отправился на поиски пищи и уже на третий день обнаружил дармовое угощение в проверенном месте, где прежде его уже потчевали вкусными аистами.

Шустрый какой. Молодец! Я уже задолбался кружным путём плавать к Дикой земле, трясясь каждый раз от страха. Мало того, что крадучись гребёшь еле-еле, так ещё и в дуделку свистеть, отгоняя всю прочую погань, нельзя. Постоянно ждёшь, что, или змея рядом вынырнет, или сам ящер толчком перевернёт ползанку — и хрум-хрум мои косточки.

Но теперь-то поймался, гадёныш. Дедовой чудо-верёвки ему не порвать, сосну, к которой та привязана, не сломать. Могу опять напрямик смело плавать туда и обратно. Одно плохо — силок теперь занят, только капканом охотиться можно. И главный вопрос: что делать с этой пленённой громадиной?