Книга Кровь и Плен, страница 195 – Алекс Анжело

Дверь за спиной затворилась, отсекая ярко освещенную комнату от полутьмы коридора. Советница смерила меня мимолетным взглядом и сосредоточила внимание на Хьюзе.

— Куда его? – Голос прозвучал властно.

— В темницу.

Короткие фразы словно обмен ударами. На первый взгляд они абсолютно ничего не значили…

Повернувшись, я молча, но с достоинством пошла к лестнице, спускающейся к темницам.

По пути нам встретилось всего несколько стражников: в коридоре на поверхности – двое и трое – под землей. На верхнем этаже это были молодые воины, пусть выглядевшие все же старше меня, а лица даэвов с подземных этажей скрывали золотые маски, вырезанные из дерева. Воины, приближенные к главе. Они подчинялись исключительно ему и считались элитой, носили маски и прятали головы под капюшонами, чтобы скрыть личность. Они охраняли темницы, а когда в обитель прибывали гости, то поднимались наверх, защищая главу.

— Заходи, – сухо сказал Хьюз и отворил передо мной дверь, перед этим забрав у меня меч, который теперь держал за ножны.

Казалось, камера вовсе не запиралась – на толстой деревянной двери не имелось никакого замка. Но защита была магической, печати, высеченные в темном камне подземного этажа, усеивали стены. Эти комнаты были самыми древними. Долорес утверждала, что в их создании помогали фатта, пока не уединились в своих лесах, канув в небытие.

Дверь затворилась за моей спиной, и печати на стенах вспыхнули, но быстро утратили свой огонь подобно падающим звездам. Осталось лишь едва заметное мерцание, сообщавшее о теплившейся в знаках силе. Каждый символ поодиночке был слабым, но в таком количестве их, возможно, хватило бы, чтобы сдержать даже Люция Морана.

Я направилась к кровати с толстыми деревянными ножками. Все вокруг покрывал плотный слой пыли. На полу оставались следы после моих шагов. Тишину нарушал лишь шорох мантии и мое участившееся дыхание.

Я села на твердую койку, услышав скрип дерева. Прикрыла глаза, собираясь с силами и ощущая Сезара на той стороне. Он был зол. Не знаю, на кого больше: на меня или на главу. Мне льстило, что див готов был защищать меня, несмотря ни на что.

Когда я поняла, что мы больше не одни, самым правильным было не только притвориться светлым дивом, но и вернуть ему сознание. Без способности двигаться, теперь он мог хотя бы слышать. А потом я малодушно отгородилась от его чувств – они мешали мне, слишком тяжело было справиться даже с собственными. Теперь нить, связывавшая меня с Сезаром, была тонкой, хоть и прочной. И я знала наверняка, что столь малым расстоянием, которое разделяло нас, ее не разорвать.

Спустя несколько минут я опустилась на пол, вырисовывая на пыльной поверхности знаки, которые сможет повторить не каждый даэв. Но Сезар был прилежным и талантливым учеником, я не сомневалась в его способностях. Раньше мне казалось, что мы с ним похожи. В том, что потеряли родителей, и в том, что должны трудиться в два раза усерднее остальных. Нам приходилось постоянно оправдывать свое место в ордене.

Закончив, я с ногами забралась на кровать. Постель была такой же пыльной, как и все вокруг. Но в нынешней ситуации грязь беспокоила меня менее всего.

Стоило прикрыть глаза, сосредоточиться, и нить запульсировала. Моя сила состояла из света и тьмы, и каждый раз это заставляло меня застыть на мгновение, прежде чем вспомнить о своей цели. Вот и теперь, заледенев на секунду, я пришла в себя, коснулась этой нити и провалилась. Растворилась в свете, прежде чем рывком, словно упав с высоты, ощутить свое тело.