Книга Кровь и Плен, страница 181 – Алекс Анжело

Моран следовал за мной до того момента, как мы вышли из леса к Духовному озеру. Я ощущала холод его магии, и кольцо на пальце беспрестанно пульсировало. Пройдя чуть дальше, оставила на берегу печати тишины, а потом вернулась к Люцию. Колдовские знаки подавляли абсолютно все звуки, даже голоса. Поэтому их использовали скорее как стену, которая лишь приглушала шум.

— Фредерик во мне сомневается. Я не могу сказать наверняка, но… – сообщила я, вспоминая время, проведенное вместе с братом после того, как я открыла глаза спустя двадцать семь лет. – Думаю, он уверен, что я как-то связана с тобой. Но у него нет доказательств, поэтому он пока молчит. К сожалению, Фредерик слишком хорошо меня знает, чтобы я могла что-то от него скрыть.

На последних словах Люций нахмурился. Сощурился, что-то обдумывая.

— Это моя вина. Ты предупреждал, но я не желала верить твоим словам, – тяжело произнесла я, смотря на сверкающую гладь озера. Крепче сжала рукоять меча. Туманный отозвался и льдом, и жаром. Клинок будто старался меня утешить.

«Твоей вины здесь нет, – возразил Моран. – Но насчет Фредерика… Я бы не возвращался в обитель этой ночью».

— Почему? – удивилась я, обернувшись. – Я все еще не нашла светлое сердце, – покачала головой я, понимая, что уйти сейчас было бы проще всего. Но не только это останавливало меня от побега… Совет, который состоится завтра, – именно он тоже был одной из главных причин.

«Глава играл свою роль, пока был уверен, что ты ничего не помнишь. Но теперь он может перестать осторожничать. Думаю, ему уже опостылело ждать. Пшеница верил, что ты мертва. – Неожиданно Моран вспомнил прозвище, которое придумали для моего брата теневые в Академии Снов. – Но, даже несмотря на это, отпустить не смог – поощрял постройку храмов, укреплял веру. И даже поддержал переход власти тому отпрыску короля, который будет с ним согласен. Хотя, конечно, руководствовался при этом и желаниями светлых в обретении большей власти. – Люций проплыл ко мне, будто призрак, прямо по воздуху, заложив руки за спину. Его длинные волосы всколыхнулись, точно потревоженные ветром. – А теперь представь, что он почувствовал, узнав, что ты жива?» – Он замолчал, вглядываясь в мое лицо.

Я не могла до конца этого понять. Подобное надо пережить и прочувствовать. Но одновременно с этим меня не покидала мысль, что на месте Фредерика я бы постаралась себя забыть. Оставить в прошлом так же, как я оставила воспоминания об отце, и жить дальше.

Взгляд Морана смягчился, он будто прочитал мои мысли. В голове раздались его слова:

«Каждый проходит свои испытания и несет свое бремя. И то, что ты не понимаешь, не недостаток, а скорее благословение. – Люций покачал головой, а бархатистый голос добавил в моей голове: – Но, к сожалению, я его прекрасно понимаю. И понимаю, на что он способен».

Я сглотнула. Отвернулась, направившись к кромке озера, опустилась к земле, сняв сначала одну перчатку, потом другую, стала смывать черную кровь с оружия.

В голове пронеслась прошедшая неделя. Фредерик, который проводил все свободное время со мной. Порой он откладывал свои обязанности или, наоборот, обсуждал дела ордена, интересуясь моим мнением. И день за днем спрашивал о моих воспоминаниях. Невзначай, в половине случаев не напрямую. Но каждое его слово было аккуратным и выверенным.