Онлайн книга «Криндж и имплант пророка»
|
Здесь, прямо у меня на глазах и ушах, бывшие противники и конкуренты забывали свои распри, откладывали претензии и аннулировали долги, чтобы пожать как можно больше рук тех, кто смогут оказать помощь и поддержку в раскулачивании гималайцев. Каждый, кто не дурак, понимал, насколько трудным будет вести войну в горах и подземных коридорах, но каждый и хотел поучаствовать. Технологии, богатства, встречи с новыми людьми, всё это было для гостей Дворца Свободы очень желанным кушем! Более того, отряд этих самых гималайцев, сбежавших из Порта Еретиков, сейчас здесь! Власти Дворца Свободы не сообщают подробностей, но там ведутся какие-то очень серьезные переговоры! — Жизнь — удивительно ироничная штука… — покачал я головой, заходя в нужный магазин под забавным названием «Здесь и сейчас», — Ты должен бежать быстрее, чем горит земля у тебя за спиной, но если ты не знаешь, куда бежать, то обречен подохнуть уставшим и в огне… — Ты что, пожар устроить хочешь⁈ — на меня вылупился обычный, хоть и довольно еврейский на вид мужик, стоящий за прилавком. — Это я не тебе, — отмахнулся я, — Давай мешок полевых рационов, только крепкий и большой. А! Валерьянка есть? — Нету! В аптеке посмотри! Вон она там, следующая, за баней. Сколько рационов брать будешь, здоровяк? — Триста килограмм давай заверни. — Эх, ничего себе… Но тройная цена будет, слышишь! Новости видел⁈ Или уже на перепродажу берешь⁈ Не про… — Давай тройную, давай быстро и давай молча, — буркнул я, выходя из магазина, — Не жужжи. И это. Сигарет пачку прибавь, только крепких. Литр успокоительного состава в одной бутылке мне не продали, пришлось брать кучу пузырьков, внутренне содрогаясь от идей, чем Вириенна их попытается заполнить потом. Ушлый торгаш, по моему возвращению, сделал такую наценку на два огромных старых рюкзака, извлеченных непонятно откуда, что я чуть было действительно не сжег его магазин. Плюнув на пол и расплатившись (от последнего у продавца, явно ждавшего подлости, аж челюсть отвисла), я с трудом выпер оба рюкзака под свет звезд, взвалил их на плечи, а затем отправился дальше, расталкивая народ и заставляя некоторые автомобили нервно бибикать. Уж больно много места я теперь занимал. Переть внушительную поклажу было неудобно, к тому же мешало совершенно ничем не обоснованное опасение. Интуиция просто вопила о том, что пройти несколько сотен метров до гавани (по прямой!) у меня так просто не выйдет. Что ведь потом? Стоит мне и жратве очутиться на борту лодки, как всё, мы с Вириенной исчезнем от всех. Поплывем по узнанным мной координатам, найдем даоса, я с ним перетру, а если останусь обучаться, то маленькая цверг запросто свалит к своим подружкам, а потом меня как-нибудь заберут. То есть что? То есть все проблемы, которые тут варятся в мире, внезапно останутся конкретно позади, перестав припекать мне спину. А когда такое было? Да никогда. Поэтому я пёрся с трущими плечи лямками огромных рюкзаков, крепко сжимая свой боевой канделябр и держа свободную руку поблизости от кирпича-пистолета. В любой момент я был готов услышать крик вроде «Это же Криндж! Это же Петрович! Это же Беглый муж!», чтобы потом все происходящее натурально стало еще одним адищем в моей далеко не райской жизни. — «Только не выкини ничего, только не выкини», — бормотала мне в ухо цверг, — «Если всё пройдет хорошо, то я сделаю всё, что ты попросишь! Совсем всё! Вот совсем!» |