Книга Белый конь, страница 37 – Елена Крыжановская

Когда Милон женился на младшей сестре Бенглора, он также породнился с Солнечной поляной — родом Трех великих принцесс. Родители были недовольны, что у невестки в роду дэйкская кровь. До сих пор в Тенистом овраге правили чистокровные эльфы. Разумеется, это приписали влиянию Дика, хотя весь род Солнечной поляны смешанный. Меролинда, вообще родилась не в лесу и замужем за дэйком! Муж Феолинды тоже не принц фей, а симплис, то есть бывший смертный. К сожалению, сейчас уже нынешний. Он погиб во время последнего открытого столкновения с бездной, сто лет назад.

.

История сорок седьмая, о том, как Благородный Дик стал крёстным разбойникам

.

Однажды, когда Благородный Дик проезжал по Тирладскому лесу верхом на Олевире, далеко впереди послышались шум, слабое конское ржание и крики. Белый рыцарский конь передернул ушами, повернул голову, искоса глядя на хозяина, проверяя, слышит ли он. А если слышит, почему не следует команда «вперед»?

— Избавлюсь от тебя, — в который раз пообещал Дик. — Чего встал? Дальше!

Олевир насмешливо фыркнул и помчался по лесу, как по ровной дороге, безошибочно выбирая кратчайший путь среди густых зарослей. Лесные скачки его многому научили. Теперь конь ориентировался в сплетении стволов, ветвей и кустарников не хуже единорога. Ни одной царапины не оставалось на его белоснежной шкуре. Дик только успевал сам уклоняться от летящих навстречу крупных веток и отводить мелкие.

Но, тонко чувствуя настроение рыцаря, Олевир бежал, можно сказать, не торопясь. Очень спокойно, без спешки, от которой можно свернуть шею или поломать ноги в оврагах.

— Помогите! На помощь! Грабят!!

В голосе, заходящемся истошным криком, слышались очень большие деньги. Страх потерять золото звучит иначе, чем страх потерять жизнь. Звал на помощь мужчина. И, судя по тому, как свободно он мог набирать воздух в легкие и орать, не переставая, его уже кто-то защищал.

Когда лес впереди посветлел и звон мечей стал отчетливым аккомпанементом крикам о помощи, Дик спрыгнул с седла и хлопнул Олевира по шее:

— Беги, спрячься в овражек! Не хватало, чтобы они захотели украсть и тебя. Не высовывайся. Позову. Или, всё-таки, привязать?

Олевир оскорблено побежал от хозяина. Он с сомнением оглядывался, надеясь, что Дик передумает и позовет верного коня или сам спрячется вместе с ним.

Дик пробрался к просеке. На большой дороге стояла карета с гербами. Кучер отмахивался кнутом и отстреливался от штурмующих ее лесных молодцов. Из открытой дверцы слышались призывы: «На помощь!» Впереди и позади кареты, на дороге, четверо стражников рубились каждый с двумя-тремя противниками, которые нападали по очереди. Налетчики, уверенные в перевесе собственных сил, уговаривали охрану кареты сдаться. Человечек самой мирной наружности, в скромном темном камзоле, по виду — приказчик или сборщик налогов из замка, сидя в карете, прижимал к груди тяжелую дорожную сумку и вопил, надеясь разогнать разбойников криком или привлечь на помощь других проезжающих.

— Сдавайтесь, я не хочу убивать вас! — крикнул своему противнику один из грабителей, молодой красавчик, со светлыми волосами и серьгой в ухе. — Бросайте оружие!

Но стражник вдвое выше и старше него размахивал саблей, как безумная мельница. Приказчик ахнул и на миг замолчал, когда первый из стражников покачнулся и осел в пыль. Налетчик дернул обратно меч и вместе с товарищем склонился к упавшему.