Книга Люди и драконы, страница 59 – Елена Крыжановская

Наблюдатели не видели, что происходило там, под покровом лесных ветвей. Но город трясло, как в лихорадке. До темноты ждали новой атаки. Едва стемнело, из леса снова появились огни. Теперь никто не сомневался, что это не звери, а люди. Армия мятежников. Вдоль опушки леса выстроились цепи факелов. Их становилось всё больше и больше. Они наступали. Скоро вся равнина вокруг городских стен полыхала огнями. Из леса с разных сторон постоянно слышался вынимающий душу волчий вой. Когда звучал рог, факелы двигались и умножались. Но что происходит, никто не понимал. Город почти всю ночь провел в огненном кольце. Огни перемещались, гасли, зажигались вновь, подвластные собственной загадочной логике. Сосчитать невозможно, но и без счета все понимали, их в десятки раз больше, чем детей.

Действительно, каждый мальчишка по первому сигналу вынес один зажженный факел. Потом, пока предыдущий ещё горел, на значительном расстоянии в землю втыкали новую палку, и так снова и снова. О погасших заботились девочки, заново обматывая их пучками просмоленной травы и поджигая. Но самое страшное испытание для осажденных и, как ни забавно, самое легкое для атакующих, ждало город на рассвете.

Дик велел своей армии убрать наполовину сгоревшие палки и укладываться спать в беспорядке, прямо перед крепостным рвом. Рассветное солнце осветило жуткую картину: равнина усеяна неподвижными телами детей города. Среди жителей началась истерика. Женщины кричали и требовали открыть ворота, чтобы проверить, что случилось с детьми. Городской совет и командир гвардии, естественно, запретили это делать, подозревая ловушку. Но правда в том, что никто достоверно не знал, что происходило ночью на подступах к городу. Часовым на стене тоже стало не по себе от этой картины, слишком напоминавшей поля после настоящих сражений. Но сейчас спали мертвым сном только дети, что совсем страшно. Нигде, как ни всматривались дозорные, не видно ни капли крови, ни торчащей стрелы или дротика. Иногда кто-то слабо шевелился, приводя наблюдателей в ещё большую панику.

Когда солнце скрылось за лесом, тихо протрубил рог. Дозорные сообщили, что видят движение напротив главных ворот. К городу шел один человек в темном рыцарском костюме. Он остановился напротив поднятого моста и ждал. На стенах точно так же ждали, что скажет глава восстания. А он долго молчал.

Дик прислушивался. По его расчетам с такого расстояния после столь мощной атаки уже можно услышать перебранку горожан с гвардейцами. И действительно до него долетели женские вопли и приглушенный шум за стенами города. Наконец он дождался, когда часовые сами спросили: «Что тебе надо? Что у вас творится, в конце концов⁈»

— Городской совет выйдет на переговоры? — поинтересовался Дик. — Надеюсь, вы помните наши требования. У вас есть ночь, посовещаться. Завтра на рассвете, в случае согласия, ждем городское посольство на опушке, — он показал большим пальцем за спину. — Если нет, будем продолжать войну.

Он сухо поклонился защитникам города и ушел, открывая спину их стрелам. То, что никто не попытался его застрелить и лишить армию мятежников главнокомандующего, означало только одно: город принял малолетний сброд всерьез. И почитает за лучшее соблюдать закон о переговорах. Выстрел в гонца означал бы войну без всякой пощады и бесчестие для города.