Книга Альтернатива, страница 267 – Александр Журавский

— Легкое, – оптимистично заверил Вепрев, пролистывая историю болезни. – Жизненно важные не задеты.

Кирилл осторожно сел на кровать, и выяснилось, что он не так уж и слаб.

— Еще повоюешь! Русский солдат не знает преград!

— Так точно. Долгая стоянка балует солдата. Как отец? Я не верю, что он участник покушения.

— А зря. Женька жив. Под наблюдением врачей. Уже в Москву доставили.

Кирилл собрался с мыслями и, махнув на субординацию, спросил:

— Павел Андреевич, вы ведь знали про батю?

Вепрев поджал губы. Подошел к окну и распахнул его. В палату ворвался запах майского ливадийского многоцветия – яркие нотки сирени, густой вкус хвои и кипариса, сладкий липовый аромат. Тем неожиданнее и суровее на фоне этого природного умиротворения прозвучал ответ генерала:

— Извиняться не буду. Сам, наверное, догадался, была утечка. Кто – крот или крыса – определенности не было, но враг мог быть в твоем периметре.

— Я тоже был под подозрением?

— Праздный вопрос для профессионала.

Кирилл молча кивнул.

— Ты был в Крыму. Ответственное задание. А тут отец, на которого тебя триггерит. Если верить врачам. Дочь похитили. Риски большие. В интересах операции я принял решение тебя не дергать. Без обид, Кир.

— Какие обиды. Я и сам бы так поступил.

— Тогда чего спрашивать? Отец твой все эти годы находился в британской биолаборатории в Польше. Сначала, как и ты, в коме.

— И зачем понадобилось столько лет выхаживать находящегося в коме?

— Не было бы счастья, да солдатское несчастье помогло. Оказался нужен MI-6. Англосаксы поняли, что Женька – мой сват. А с назначением меня главой ГРУ отец твой и вовсе стал золотым активом Клайва, с которым у нас давнишние счеты.

— Столько лет в плену…

— Он, как и ты, очнулся недавно. И тут же стал их джокером в истории с покушением на американского президента.

— Замысел, конечно, гениальный в своем цинизме. Американского президента убьет ветеран спецоперации, родственник руководителя ГРУ. Международный скандал, дискредитация ветеранов СВО, вас и всей нашей службы.

— Да ладно меня. Убийство президента – это война. Чего они и добивались. В общем, Женьку накачали биопрепаратом, подавляющим волю, и запрограммировали.

— Как зомби?

— Примерно. Группа Нестора ввезла его в Россию, заменив ID-профиль в cистеме ALT через выявленную британцами уязвимость. Только уязвимость эта была нашей ловушкой. Мы ее изначально контролировали и после «взлома» поняли, кто у них станет «русской картой», про которую сообщила Ева.

— То есть отца приняли на границе?

— Нет, тогда бы мы вскрылись и потеряли нить игры. А заодно и всю диверсионную сеть. Да и не знали мы поначалу, какой они вкололи препарат. Был риск физически потерять отца.

— Он совсем не контролировал себя?

— Отец твой – герой. Несмотря на действие биопрепарата, смог подать старый условный сигнал, сразу как вышел из-под контроля группы переброски. Да еще и жестовым языком смог пояснить, что в нем маячок.

— То есть полностью волю его не подавили?

— Врачи говорят, что сопротивляться такому препарату невозможно. Но факт остается фактом.

— А что за маячок?

— Биопрепарат в крови и есть маячок. Поэтому брали экспресс-анализ крови, а потом вводили антидот, пока он перемещался в такси, без отклонения от запланированного противником маршрута.