Книга Глубокий рейд. Кляксы, страница 118 – Борис Конофальский

— Не дают, значит, жизни? — как бы размышляя, произносит Аким.

— Ну я же и говорю, достают они нас крепко… — говорит ему Павлов. — Но мы-то тут у дороги под скалой, а вот вам окапываться нужно. И главное, ничем их не пронять. Мы пару раз вызывали артиллерию, они на скалы закидывали хорошо, аж до нас оттуда камни долетали, но эти черти, они или под гранитом там сидят, или уходят, в общем, мы тут уже почти неделю, так вот только в дождь и можем спокойно стоять, а днём всё только на рысях, всё бегом… А ещё… — тут он указывает на запад, — даже с того склона иной раз постреливают. Тоже пулемёт. Прямо нам по складу… Не подойти днём. Ни поесть, ни воды взять… Разведка смотрела с коптера, там у них два блиндажа. Я думал один раз дойти туда, да там подъём грунтовый, напоролись на мины, я человека потерял… раненым, слава Богу; а мины снять никак не дают, попытались зайти от скал, чтобы под пулемёт не лезть, так они начинают из миномёта накрывать…

— Так получается, что и со скал с запада, и со склона с юга бьют?

— Так и получается… Мне было приказано сбить тот пулемёт на скале, а как я его собью? Мне туда не забраться, если по мне будут со склона стрелять. И вообще у меня семь человек всего… — поясняет сержант.

«Значит, мне поручат».

Саблин почти не сомневается в этом. И после они возвращаются вниз к своим людям, а там казаки уже принесли раненых, грузят их в бронетранспортёр. И тогда сержант Павлов и говорит ему:

— Товарищ прапорщик, заберите и у меня одного, его тоже в медсанбат надо. Корчится с утра, а из батальона транспорт только под утро обещали. Да и то непонятно: будет — не будет.

— Раненый?

— Заболевший. Рези в животе.

— Ладно, несите.

И это было ещё не всё; пришли к нему люди от лейтенанта Оленька забрать воду и увидали, что больного привели, и старшина тогда попросил Саблина:

— Товарищ прапорщик, у нас тоже два раненых, может, заберёте?

Саблин уже тогда подумал, что ему всё это ещё аукнется, но никак не мог он отказать раненым товарищам.

— Ладно, только быстро давайте.

— Есть быстро, — обещает старшина и уходит со своими людьми, унося с собой воду.

И это его «быстро» длилось почти час. Уже БТР с первой половиной второго взвода подошёл, успел разгрузиться и уйти за остальными, а Пилипенко всё ещё ждал раненых из Сто семидесятого батальона. А небо посветлело. Через прогалины в облаках выглядывал месяц. Саблин уже раздражался и думал отправить БТР за своими казаками, не дожидаясь раненых, но что бы он сказал, когда раненых принесли бы, а транспорта уже бы не было? Наконец старшина явился и на выговор Акима всё объяснил:

— Снайпер, сволочь, не спится ему… Стал бить, а с раненым разве побегаешь… Пришлось к скалам прижиматься… Обходить…

— Пилипенко — заводи уже, — говорит Аким. А ночь тем временем покатилась к рассвету. Саблин собрал всех казаков, и своего взвода, и прибывшего второго.

— Так, казаки, место нам досталось дурное. Не знаю я, долго ли нам тут сидеть, но соседи говорят, бить нас будут с высоты и сразу с двух сторон, так что окапывайтесь.

— Где копать-то, товарищ прапорщик? — интересовались казаки.

А что тут он мог им сказать? Сам ещё толком не понимал диспозиции; всё, что он сейчас знал, так это где позиция сержанта Павлова и где одна из позиций противника.