Книга Глубокий рейд. Кляксы, страница 110 – Борис Конофальский

Вы — та самая грозная сила, что должна внести быстрый перелом в сложившуюся ситуацию и завершить с победой всю операцию. Тем более…- тут полковник улыбнулся, — все мы хотим побыстрее вернуться домой.

Тут казаки чуть оживились. Конечно, всем хотелось домой. Вот только укрытия из бетона и на возвышенностях да минные поля перед ними чуть смазывали общую картину вероятной быстрой победы. А прапорщик стал вспоминать прежние свои компании:

«О, начались похвалы, напутствия и обещания — верный признак, что не сегодня-завтра уже приступим».

Саня тоже, видно, всё понимает, сидит с видом человека, который всё подобное слышал уже много раз: да, да… давайте, товарищ полковник, расхваливайте. Но комполка на этом как раз и закончил:

— Всё, товарищи. Командиры взводов и их заместители — прошу к начштабу: получайте карты, радиокоды и позывные, всех остальных офицеров прошу ещё задержаться.

«Ну слава Богу, всё!».

Офицеры вставали, отставляли стулья, шли к выходу из совещательной.

— Слушай, а мне понравилось, — говорит Саблину его зам.

— Чего понравилось? — не понимает прапорщик.

— Да как поговорили, — отвечает Саня. — Хороший командир.

— О, — тянет Аким многозначительно.

— Чего «о»-то? — Каштенков чувствует в этом его «о» сарказм. — Ты вот вспомни, много у нас было таких командиров полка?

— Так на моей памяти… всего два было, — добавляет Саблин. — Оба не городские, как этот, а из казаков, наш нынешний — так ещё и наш станичный.

Они выходят на воздух и тут же рядом со входом останавливаются и, как другие командиры, закуривают. И Сашка не унимается:

— Вот я тебе про то и говорю, приятно человека послушать, потому что образованный, говорит хорошо, красиво, не то что наши, коряги болотные.

— Вот ты уже и решил, что он командир хороший, если говорит складно, — Акиму было чуть обидно за командира Второго полка Волошина. Тот, конечно, говорил… ну, не очень ладно. — Говорить умно — многие умеют, но я по этому начальство не оцениваю.

— А по чему же ты оцениваешь? — не отстаёт от него зам. — Вот так увидал командира впервой — и сразу чтобы о нём что-то сказать?

— Ну… по наградам хотя бы, — отвечает прапорщик.

— Так он же в гимнастёрке был, на гимнастёрках какие награды? Как тогда? — ехидничает Саня.

— Вот поэтому я по первой встрече человека старюсь и не оценивать, — важно произносит прапорщик.

— Ох и умный ты человек, Аким Андреевич, — ехидно замечает Саня.

— Ну а как…? Должен же над вами, дураками, хоть кто-то умный быть, — отвечает ему Саблин с усмешечкой. И, не надевая шлема, включает рацию. Ему что-то лень бегать искать своих людей. Он находит канал своей сотни и объявляет: — Второй полк, на связи командир первого взвода Саблин. Передать по взводам: всех радистов и всех электронщиков к штабной палатке.

— Есть, есть, есть… — отзываются казаки; все, кому приказано, идут куда велено.

Пока радисты получали коды и позывные, электронщиков только что прибывших казацких сотен из Второго и Девятнадцатого полков собрал на инструктаж замкомдивизии по средствам РЭБ. Акиму самому стоило бы послушать про те дроны, что использует противник, хотя бы потому, что это было интересно; но у него были другие планы.

«Вот и хорошо. Начальство у начальства, технари у технарей, пока есть время, нужно народ покормить».