Книга Крик потревоженной тишины. Книга 2, страница 82 – Матвей Дубравин

— А пока сделай так, чтобы площадь не выглядела как поляна для бездомных, – посоветовал Эник, указав на сидящих под деревьями Линву и Шэлева.

Лифел понял, что забыл провести профилактическую беседу с этими двумя селянами, и, кивнув Энику, побежал к этой парочке. Эник же вновь сел в машину. Он уже сделал всё, что мог в этой ситуации. Теперь при малейшей опасности он мог выйти из воды сухим. Денег для этого было вполне достаточно. Главное, начать применять их вовремя, не упустив момент. Но и покидать селение навсегда – тоже рано. На деньги Тоула можно было безбедно прожить пару месяцев, но этого недостаточно, чтобы окончательно расстаться с селом. Надо ждать.

А сон – лучший помощник в ожидании. Эник заснул в пропечённой солнцем машине.

Шэлев услышал, что его упомянули в конце разговора, и решил встать с земли. Тем более Лифел уже шёл к ним со злобным лицом.

— Что случилось? – полюбопытствовал Шэлев. – Кто этот аристократ?

— Потом расскажу, на совете. Ты, главное, не делай глупостей. Веди себя так, чтобы ему понравиться. Глядишь, тебе и польза от этого будет. Он пока тут поживёт, понял?

— Понял, – протянул Шэлев. «И правда, странное место, – подумал он. – В нормальные селения богачи не ездят. Может, он кем-то подослан? Да нет, кому, кроме вице-короля, это может быть интересно. Или вице-король мне не доверяет?» – Я тебя не подведу, – кивнул он председателю.

Лифел сразу заулыбался и дружески похлопал Шэлева по плечу.

— Я рад, что ты такой смышлёный, – весело проговорил Лифел. – А теперь пойди к себе в избу и надень что-нибудь поприличнее.

— У меня нет ничего приличнее того, в чём я сейчас. Так что можешь считать, что я при параде, – усмехнулся Шэлев.

Лифел не разозлился: таким искренним был ответ Шэлева.

— Тогда постирай одежду, – посоветовал председатель. – Или просто ототри пятна. Всё будет лучше. А теперь – ступай!

Шэлев понимающе подмигнул и пошёл по рельсам в жилую часть селения. Тут же улыбка Лифела сменилась выражением крайней злобы. Лицо налилось краской, брови сдвинулись, а губы мелко задрожали. Причина злости была понятной: после разговора с Шэлевом, ему предстояло заняться Линвой, с которой в последнее время были одни только проблемы.

— Ты тоже вставай, – приказным тоном сказал ей Лифел.

Линва нехотя подняла голову, посмотрела на него широко раскрытыми глазами, почти светящимися на фоне смуглого округленького лица.

— Думаешь, что он всё-таки погиб? – спросила она и закусила губу.

Вопрос сбил Лифела с толку. Он уже не понимал: сочувствовать Линве или ругаться на неё. В итоге он решил просто быть хмурым.

— Не знаю, – бросил он. – Откуда мне-то знать. Думаю, да. В подвале Ахеля творится всякая чертовщина. Он тут всё попортил. Да и не стал бы Фолок прятаться там столько времени.

— Нужно его найти, – сказала Линва.

— Мне не нужно, – проговорил Лифел. – Да и не хочу я погибать там вместе с ним.

— Тогда пойду я? – спросила Линва, будто сам факт похода был уже делом решённым.

— Жди его здесь! – приказал Лифел. – Честно, так будет лучше. Только, – поправился он, – не прямо здесь. Это я образно сказал. Тебе стоит уйти с площади, почистить одежду и принять более радостный вид. Посмотри на себя. Вроде девушка, а выглядишь хуже всех. К нам приехал очень странный человек. Неужели ты не заметила? Веди себя нормально: если он заподозрит, что в селении происходит что-то неладное, то может сильно испортить нам жизнь. Думаю, у него достаточно власти, чтобы сделать с нами всё, что ему будет угодно. Понимаешь?