Книга Крик потревоженной тишины. Книга 2, страница 78 – Матвей Дубравин

— А где твой брат ходит? – поинтересовался Шэлев.

— Не знаю, Шэл, – печально протянула Линва. – Я думаю, что после того, как он ушёл под землю, он нашёл выход на поверхность и теперь ходит где-то в лесу. Может, ему удалось отыскать нечто важное, и он хочет принести это мне.

— А зачем он уходил под землю? – не понял Шэлев.

— Он – хороший человек. Он должен был это сделать, – якобы объяснила Линва и замолчала. Видимо, в её понимании она уже и так сказала всё необходимое.

«У девушки явно какие-то проблемы», – подумал Шэлев.

— Пошёл, значит, искать под землю справедливость? – ехидно спросил он. – И как, нашёл что-нибудь?

— Думаю, да, – искренне ответила Линва, не распознав шуточный характер вопроса. – Иначе он бы уже вернулся. Но всё-таки жаль, что он так долго не возвращается…

— А сколько он не возвращается?

— Сегодня утром было шесть суток. Эх, приехал бы ты всего на день раньше – пересёкся бы с ним. Думаю, ты хороший человек. Вы бы поладили.

«Я-то хороший? – грустно усмехнулся Шэлев. – Нет, тогда бы я здесь не находился».

В этот момент послышался грохот – стук металла о металл, дребезжание и завывание двигателя. Это к воротам селения подъезжала машина. Но, кроме купцов, сюда не ездил никто.

Звук усиливался. Потом он затих, и спустя минуту старые ворота начали открываться. Поняв, что происходит что-то важное, на площадь сбежались члены совета. Машина купцов медленно заехала на знакомую им территорию, тяжело стуча твёрдыми колёсами по брусчатке.

Члены совета были не рады такому повороту событий. Все четверо встречали машину в крайнем недоумении. Купцы должны были приехать через десять дней с момента прошлого заезда. Оставалось ещё шесть суток. Селяне пока ничего не поймали, и им нечего было продать. А купцы потратились на топливо. Видимо, у них были серьёзные причины, раз они нарушили установленный график. Словом, в минусе оказывались все – и торговцы, и селяне.

Несмотря на это, Лифел бросил взгляд в сторону Шэлева и Линвы и крикнул им:

— Ну-ка встать! К нам приехали гости. Всем петь гимн селения!

Тут же все четверо затянули свою примитивную песню без мелодии как таковой. Лифел пел медленно и торжественно; Арол бубнил текст себе под нос со скоростью скороговорки; Болв орал слова во всё горло, почти полностью заглушая остальных; Тирон пел саркастическим тоном, с издёвкой растягивая слова. Шэлев попытался тоже начать петь, но понял, что не знает и четверти слов, не может пристроиться к хору, да и голос звучит слишком уныло. Такая интонация не годится для гимна. А Линва… Она не только не знала слов, но и понятия не имела, что у селения есть гимн.

надрывно затягивал Лифел.

Тут Лифел закашлялся, подавившись слюной, и прекратил петь.

— Браво! Браво! Замечательно! Обожаю народное творчество! Ух! Жаль, что я ехал сюда так долго. Решил по пути к друзьям заехать, а то я уже давно бы наслаждался вашим обществом! – эти восклицания принадлежали человеку, первым вышедшему из машины. Следом за ним вышли три торговца.

Да, приезжих снова оказалось не трое, как должно было быть, а четверо. Тот, кто рассыпался в комплиментах перед поющими, был им абсолютно незнаком. Купцы же были очень напряжёнными. В их глазах читалась одна-единственная фраза: «Всё пропало».