Книга Крик потревоженной тишины. Книга 2, страница 179 – Матвей Дубравин

— С какого это перепугу? – сощурился Арол.

— Мы же это обсудили, – ответил Лифел. – Неужели ты не помнишь, а? На совете было решено, что я принимаю наиболее важные решения лично.

— Ну, мы это обсудили, мы же и отменим, – махнул рукой Арол.

— Вы сами согласились не отменять эти решения для сохранения порядка в селении! – выкрикнул Лифел.

— Это правда? Он стал вами так командовать? – удивился Эник.

— Было дело, – кивнул Арол. – Но речь шла о сохранении порядка в селении. Но теперь-то всё: селения больше нет. Вроде мы договаривались об этом, чтобы дотянуть до приезда торговцев и всем не умереть. А теперь миссия выполнена – мы выжили. Почти все. Жалко мне Тирона. Так что плохой из тебя начальник, Лифел!

— Мы не обсуждали конкретные сроки, – сквозь зубы проговорил Лифел. – Так что не возникай тут, Арол! Иначе тяжко тебе придётся, когда торговцы уедут.

— Он мне ещё и угрожать будет! – усмехнулся Арол.

— Да, буду! И ты не понимаешь, к чему тебя приведут твои слова, дружок!

Торговцы удивлённо переглянулись.

— Не нравится мне это дело, – заметил Делж.

— Полная жуть происходит, – кивнул Хрок.

— Но мы не имеем права вмешиваться, – напомнил Эник. – Мы лишь торговцы, и наши полномочия ограничены. На этом держится доверие между людьми разных рангов. Влезать во внутренние разногласия селян мы не должны.

— Зануда ты! – сплюнул Хрок.

— Но это правда, – горько заметил Делж. – Остаётся только подождать остальных.

— Да! Ждём! – хлопнул в ладоши Лифел. – А пока остальные мешкают, я скажу вот что…

— Может, заткнёшься уже? – прищурился Арол. – Меня за последние дни твоя болтовня уже утомила.

— Твои слова тебе ещё встанут поперёк горла, – помотал головой Лифел.

— Да что тут у вас и правда творится?! – не выдержал Эник. – Лифел, почему ты так командуешь?

— Весьма никудышно командуешь, надо заметить, – отозвался Хрок, но Эник погрозил Хроку кулаком, и тот умолк.

— Я это и хочу объяснить, но не слишком подробно, – продолжил Лифел. – Я уже упомянул всё необходимое в разговоре с Аролом. А вы, торговцы, ребята умные. В этом вам не откажешь. Так что я уверен: вы всё услышали и всё поняли. А повторять очевидные вещи по второму кругу я не буду. Скажу лишь одно. Пока вас не было, мы созывали много Советов, но почти все они были довольно мелкие и несущественные.

— Каждый день собирались! – хмыкнул Арол.

— Не преувеличивай! – прикрикнул Лифел. – Так вот, Советов было много. Но наиболее крупными и важными я считаю только два из них. Остальные были не столь важны. А эти два – и правда значимы. Они войдут золотыми буквами в историю нашего селения. На первом из них мы совместно приняли решение о том, чтобы создать Совет внутри селения и включить туда почти всех жителей этого селения. Я тогда был организатором, не больше. И это было правильно. Я не хотел брать на себя слишком много власти. Зачем это нужно в нашей ситуации, верно же?

— Верно, – кивнул Эник. – Но теперь-то всё изменилось.

— А изменения никто и не отменял, – усмехнулся Лифел. – Прошло время, и настал час Второго Великого Совета.

— Я сейчас лопну от этого пафоса, – заметил Хрок.

— Лопайся, – пожал плечами Лифел. – Тогда и перебивать меня перестанешь. Так вот, настал час Второго… Совета. Я предложил внести важное изменение: теперь я должен быть не просто организатором, а иметь безоговорочное мнение. Это было правильно: нас было мало, ситуация становилась день ото дня всё опаснее, еды с трудом хватало. И если бы каждый стал делать то, что ему вздумается, то мы бы просто сгинули ещё до вашего приезда. Нужно было максимально организоваться. И я стал этим организатором. Это было единственно верно, ведь я и до этого возглавлял селение, хотя и не так жёстко. Я установил наказание для изменников: застрелить их из револьвера, а потом застрелить и себя. Таким образом, нас осталось бы слишком мало, чтобы прокормиться и выжить, и мы бы все с большой вероятностью погибли. Вот так я – ценой своей жизни – обещал сохранить порядок. Но теперь приехали вы, дорогие мои торговцы. Мой друг и помощник Арол правильно заметил, что теперь моё положение должно быть отменено, но ведь мы не оговаривали это на Совете. Так что теперь, в этот трудный для всего селения час, настало время для Третьего Великого Совета, где мы решим наиважнейший вопрос: оставаться нам в селении – или нет. Оставаться самому селению – или нет! Если решим остаться, следуя здравому смыслу, то тогда и я должен буду остаться главой на тех же условиях. Только так мы сможем жить и, не побоюсь этого слова, процветать!