Книга Крик потревоженной тишины. Книга 2, страница 154 – Матвей Дубравин

— Я даю слово, – искренне ответил Ахель.

— Твоё счастье! – подметил Наблюдатель. – А теперь мне пора на покой. Жизнь во мне и так едва теплится. Если вдруг медный рог протрубит, я буду вынужден вырваться из тебя наружу. Его звук будет таким сильным, что я не смогу сдержаться. И тогда умрём мы оба, а не только я! Но твоя смерть не входит в планы Хозяина леса.

— Но в него уже несколько веков не трубили, – запротестовал Ахель. – Не надо, как ты говоришь, «уходить на покой» раньше времени из-за этой глупости. Если ты не дашь пояснений, я смогу что-нибудь напутать. Я не уверен, что справлюсь сам.

— Это необходимо. Главное, будь осторожен. Когда ты попытался меня убить, это привело к страшным последствиям. – Когда Наблюдатель это говорил, его голос слабел, а свет от свечи становился тусклее. – В нашем мире тоже есть отступники. Я был вроде вашего тюремного стражника. Но у нас нет тюрем. Мы просто стараемся исправить тех, кто неподобающе себя ведёт. На это уходят десятилетия, но мы достигаем результата, и отступники, исправленные, возвращаются в общину. Они очень привязались ко мне, но я ещё не успел их перевоспитать, и в них осталась ярость. – Свеча уже почти потухла. – Отступники решили за меня отомстить. Поэтому они и вырвались. – Голос стал еле слышным шёпотом. – К счастью, их сдерживают, а сами они слишком агрессивны, чтобы правильно пересекать границу миров. Поэтому все их нападки довольно слабы. Ваше счастье, что вы не дули в медный рог, ведь у него лишь одно предназначение – призывать существ из нашего мира. Гул рога облегчил бы им проникновение в этот мир. Рог установили ещё в те времена, когда о Договоре помнили, а теперь… В общем, да поможет тебе Закон! И не медли ни на миг!

Свеча потухла. Наступила тишина. Ахель почувствовал необычайную лёгкость в голове. Он лишь теперь понял, что всё это время она у него продолжала болеть. Спать, конечно, не хотелось. Более того, хотелось действовать. Ахель не мог понять, что он чувствует. Сначала это был дикий страх, потом недоумение. Потом полное опустошение, как после самого сильного катарсиса. А теперь он был скорее рад, чем напуган. Да, из-за него погиб Наблюдатель, но зато Ахель нашёл подтверждение тому, что он всё это делает не зря. Надо доводить дело до конца, и поиски не будут тщетными. Некий Хозяин леса об этом позаботится. Может, Ахель даже сможет увидеться с ним.

— К дьяволам сон! – прикрикнул Ахель. – Всё равно не уснуть. Только время даром тратить! Надо допросить Гарпа как можно скорее. Разбудить Ента или пусть спит себе? Нет, одному идти плохо. Но я тогда разбужу и других учёных. Они же в одном доме остановились. Ладно, подожду до утра. Или пойду один. Да, пойду один!

Ночь всё ещё покрывала запустелое селение. Эта ночь, несмотря на общее похолодание, выдалась тихой, спокойной, безоблачной. Мореплаватель мог бы без проблем отыскать на небе любую звезду, а мечтатель – насмотреться на луну. Спать в такую ночь было особенно приятно: не слишком жарко и не слишком холодно. Свежий воздух наполнял лёгкие.

Только вот, по иронии судьбы, в эту ночь не спали очень многие. Торговцы не спали, потому что ехали в фургоне по бездорожью туманных полей, подпрыгивая на каждой ямке. Не спал Ахель, который шёл к Гарпу. Не спал и Гарп, из-за тупой боли во всём теле. Не спала Линва, от радости встречи с Ахелем. Не спал Лифел, потому что думал о дальнейшей судьбе селения. Не много народа успело поуправлять селением, хотя оно стояло уже несколько веков. Точнее, кто его знает, может, им и управляло много народу, но всё это было очень давно. Возможно, ещё при прошлой королевской династии. И даже легенд с тех пор почти не осталось. Потом селяне жили без управления. Точнее, был какой-то городской чиновник, который управлял селением, но это выражалось только в том, что раз в год он писал им письмо с вопросом, всё ли в порядке.