Книга Крик потревоженной тишины. Книга 1, страница 207 – Матвей Дубравин

5) Также Закон даёт здоровье, ум, силу, защиту и прочее – всего же существует 77 видов Явлений, которые перечислены в Дополнении к Формуле».

В этот момент часы на руке Илдани опять громко тикнули. «Осталось пять минут! – испуганно подумал он. – Я ничего не успею сделать, это ужасно!» Он быстро начал писать остальные пункты под возрастающий ор из зала. Мел скользил в потных руках, и буквы плясали из стороны в сторону. Илдани прочитал написанное. Все пункты, начиная с шестого, были не читабельны.

— Если бы вы вели себя лучше, то я успел бы объяснить это подробнее, – заметил Илдани, отчаявшись сделать что-либо путное. Он чувствовал, что виноват сам: он заготовил текст, но не подумал о том, как отреагируют слушатели. Он репетировал перед зеркалом, но сейчас напротив него было далеко не зеркало.

Все повскакивали с мест и понеслись к Илдани, стараясь перегнать друг друга. «Чего они от меня хотят? – почти испуганно подумал Илдани. – Выбрали короткую лекцию, набились всей толпой, не слушали, а теперь бегут ко мне!»

— Что происходит? – робко спросил он, глядя на обступивших его со всех сторон слушателей.

Они совали вперёд сделанные фотографии и начали объяснять что-то наперебой, отчего Илдани совсем растерялся. Кое-как он понял, что все хотят получить подпись на фотографии, потому что он – ученик Первослужителя Зала, а значит, знаменитость. Вот, собственно, и всё, что им было нужно.

Илдани уже ничего не соображал. Он в полусне достал ручку, макнул её в чернильницу, подписал несколько фотографий, а потом пошёл к выходу, хотя ему активно мешали. «Мне не дали ничего сказать, – думал он. – Я им был не нужен. А если бы Закон не проявлял свои Явления так открыто, то все, наверно, забыли бы про наш Зал окончательно!»

Он машинально добрался до выхода из здания, сел в машину и хлопнул дверью, готовясь поехать. В гимназии он оставил лишь непонятные строки на доске и собственное настроение. Слёзы подступали к глазам, а горло сжималось. Он чудом сдерживался от плача.

— Поехали? – спросил водитель.

Илдани хотел сказать «Да», но язык его не слушался. Тогда он просто кивнул, но водитель, смотревший прямо перед собой, не заметил этого. Вдруг кто-то робко постучал в окно. Илдани посмотрел сквозь мутное стекло и увидел юношу, который сидел на одном из первых рядов и внимательно его слушал. Правда, услышать ему довелось совсем не много. Илдани стало легче оттого, что хоть кто-то его ценил. Он сказал водителю:

— Сейчас поедем, подожди пару минут.

— Но нам уже пора выдвигаться, – возразил тот.

— Минута ничего не решит, – ответил Илдани и вышел из машины.

Пару мгновений он и юноша просто смотрели друг на друга, пребывая в сильном смущении.

— Простите, что так получилось, – сказал наконец юноша.

— Ты не виноват, – ответил Илдани, глядя на брусчатку. – Я слышал, что люди сейчас нас не ценят, но лично столкнулся с этим лишь сегодня. Раньше время было другим.

— Ну… – задумался юноша, перебирая пальцами. – Раньше люди относились к Закону серьёзнее, а сейчас все уже привыкли. Это почти что просто символы.

— Этого я и боюсь, – признался Илдани. – От сути сейчас остаются лишь символы. Ничего не меняется. Всё остаётся по-старому. Это же… приедается в конце концов. Загадка пятидесятого Явления, например, так и не решена. Её никто и не решает. Все только ищут ответ на эту загадку в старых книгах. Но никто не хочет подумать самостоятельно.