Книга Туманные острова, страница 29 – Матвей Дубравин

Квес внимательно посмотрел на титульник. Там стоял 239 год.

— Как это может быть? – спросил он. – Я думал, все Союзы сейчас живут в четыреста пятидесятом году, разве нет? Или они не присоединились к единой системе отсчета?

Софус выдохнул колечко дыма и не торопясь ответил:

— Наш год, четыреста пятидесятый, это всего лишь условная дата. Для ведения дел очень хорошо, когда все ведут отсчет с одной временной точки. Но событие, от которого этот отсчет вести, выбрать очень трудно. Всем известно, что мир начался с того, как его сотворила Идея.

— Но никто не знает, когда это было, – сказал Квес.

— В том-то и беда. Из-за всех войн, проделок Врагов и из-за утраты Свитка Тепла мы не знаем никаких точных дат. Мы знаем, какие происходили события вплоть от основания мира, но вот когда они происходили – об этом наше учение умалчивает.

— А учение Врагов вообще не согласно с вашими летописями, – вставила Лия.

— С «нашими», а не с «вашими», Лия! – поправил ее Софус. – Теперь ты одна из нас и не должна проводить между собой и нашим учением границу.

— Я просто по инерции. Простите! – Девушка опустила голову.

— Ничего, ничего. Не расстраивайся. Опыт приходит со временем, – подбодрил ее Софус. – Так вот, первая точно известная нам дата – Изгнание Врагов – и была принята за первый год. И было это четыреста пятьдесят лет назад. Но это событие важно только для нас – для сторонников учения об Идее. Для других это событие мало что значит.

— Но тем не менее эту дату приняли во всех Союзах! – вмешался Квес.

— Ее приняли, когда наш Союз еще не раскололся и Союз Свободы не существовал отдельно. Так что в наших Союзах эта дата и принята как точка отсчета. А в Союзе Охотников ее приняли, просто потому что им эту дату навязали. А в Союзе Врагов Идеи…

— Там это событие называют Началом Уединения, – мрачно продолжила Лия. – Они придумали целую историю, чтобы оправдать свое поражение в той войне. Они теперь говорят, что не проиграли, а просто обрели свою истинную землю – пять маленьких островков. Что они добровольно покинули остальные земли, и что если бы началась война со сторонниками Идеи, то они бы победили. Лицемеры! – Лия сжала кулаки. – Врут, не зная, когда нужно остановиться!

— Не держи на них зла, – посоветовал Софус. – Они глубоко несчастные люди, и ты сама это понимаешь.

— Пожалуй, – нехотя согласилась Лия, но прозвучало это неискренне.

— Так вот, – продолжил Софус. – Четыре Союза выбрали именно эту дату. А вот в Союзе Императора отсчет ведут от начала правления первого императора. А он начал править двести сорок лет назад.

— Да что они так помешались на своем Императоре? – всплеснула руками Лия. – Он уже давно как умер, а они все с ним носятся.

— И еще, раз уж Лия спросила, я хочу задать и свой вопрос, – вмешался Квес. – Послы что-то там говорили про мятежников. И что они в ссоре с Союзом Свободы. Я ничего не понял. О каких мятежниках они говорили? Я просто никогда не интересовался Союзом Императора и поэтому ничего не знаю про его историю.

Софус закончил курить и прилег на свою кровать, устав от стояния.

— У нас почти ничего и не пишут про это, так что тебе простительно не знать их историю. Я и сам до недавнего времени ничего про них не знал, но, по долгу служения, прочитал немного про судьбу их Союза. Хотите, расскажу?