Книга Поцелуй на три счета, страница 16 – Женя Май

— Там же нельзя видео, - напоминает Стрекозкина.

— Для меня «нельзя» - это вызов.

Алина забивает ещё несколько голов, и подруги садятся на трибуну. Они смотрят, как солнце заливает поле густым абрикосовым светом. И кажется, вот-вот выбегут игроки и зарядят игру. Поле будто живое. Манит их, помогает. Отдаётся каждому. Только бы получилось. Но что? Забить гол? Или ощутить себя королём мира?

— Знаешь, а вдруг… – Алина крутит в руках мяч.

— Проиграешь?

— Выиграю, и он поймёт, что я готовилась. Подумает, будто мне это зачем-то надо. Решит разное…

— А тебе и так надо, - заявляет она, и Алина резко к ней поворачивается. - Спор выиграть, - напоминает Света.

Стрекозкина соглашается, всё же весомый аргумент, тем более – правда. А то, что Буйков что-то придумает, это уж ладно. Побочный эффект. И почему её волнует, что он может решить, что нравится ей по-настоящему?

Она забрасывает мяч в рюкзак, резко затягивает узел, будто не прячет мяч, а избавляется от нелепой мысли. Встаёт:

— Пошли, Свет. Надо повторить правила офсайда. А то я уже забыла, кто его придумал.

— Английская футбольная ассоциация. Тысяча восемьсот шестьдесят третий год.

— Ты ходячая энциклопедия.

Подруги лезут обратно через забор. Алина задерживается наверху, вцепившись руками в рабицу, смотрит на поле. Всё-таки внутреннее беспокойство не уходит. Оно как тень при свете дня - вроде солнечно, но где-то притаилось за углом. Ждёт момента выскочить, напугать до трясучки в поджилках.

— Эй, - говорит она в пустоту. – Я тебя сделаю, Буйков. Даже не сомневайся.

Стрекозкина спрыгивает вниз, Света берёт её под локоть, и они шуруют в сторону девятиэтажек.

— Кстати, послезавтра четверг, - напоминает подруга. – Твоя мама в списке.

— Супер. Правда она пока об этом не в курсе.

Подруги хихикают и наперебой высказывают идеи о реализации авантюрной операции «Свидание на миллион».

КИРИЛЛ

На баттл Буйков приходит в прекрасном расположении духа, готовый наблюдать фиаско девчонки. Он выяснил, что она идёт по футболу, в котором сама ни бум-бум. Наверняка ему назло! Кирилл даже одаривает лёгкой улыбкой девчонок, которые поворачиваются к нему, хихикают и строят глазки.

Он сидит в четвёртом ряду и лениво оглядывается. Зал гудит как улей. На сцене два стула, микрофон и плазма. Там транслируют крупным планом лица участников и иногда зрителей. Особенно Буйкова.

То справа, то слева всплывают парни, пожимают руки. Даже те, кого он не знает. Буйков к такому привык. Слава. Что тут поделаешь.

Он может перекинуться с ними парой слов. Главное, держать их на расстоянии, будто опасаясь подцепить вирус дружелюбия. Это Кирилл умеет. Например, отвечает односложно или просто кивает.

Вдруг откуда ни возьмись появляется Рига, бухается рядом:

— Привет, Кир, не знал, что ты болеешь не только за себя, - смеётся он над собственной шуткой, Буйков даже не поворачивается к нему. Зато замечает, как он маячит подруге девчонки, кажется, Света её зовут.

Она кивает в ответ, переводит взгляд на Кирилла. Смотрит так, словно фиксирует что-то про него у себя в голове. Почему-то она вызывает у него лёгкий дискомфорт, как врач для психов, к которому ты никогда не пойдёшь. Но знаешь, что такие существуют.

Наконец заряжается баттл. Первая участница топит за «Аниме», против неё парень в чёрной футболке.