Книга Возлюбленная Верховного Бестиара, страница 78 – Марина Эльденберт

Едва мы въехали в Талминбург, засверкало, загремело и полило так, что я с трудом могла различить, что происходит за окнами. К счастью, у кареты нас встречали с зонтиками, к Богдану тут же подбежал Евгений. Едва взглянув на меня – резко, остро, он что-то ему сказал, и Богдан изменился в лице.

— Увидимся позже, Алина, – произнес он, меняясь и в голосе, мгновенно ставшем более жестким. И в жестах: сейчас передо мной был Верховный, с которым я впервые познакомилась у Михаила в кабинете.

Этот мужчина и мой Богдан отличались столь разительно, что временами становилось непонятно, как они могут быть единым целым.

Встревоженная такой переменой, я быстро поднялась к себе в сопровождении Вениамина, который оставил меня лишь у двери в мои покои. Шагнув за двери, я окинула взглядом гостиную, но там никого не было. Поэтому я сразу прошла в комнату Снежаны и обнаружила лишь читающую в кресле Зарину.

— Где Снежана?! – воскликнула я, странным образом почувствовав холод под сердцем.

Который растекся по всему телу после слов няни:

— Так с отцом же. Верховный бестиар Южной Лазовии буквально час назад приехали.

Алина

Несколько мгновений мне казалось, что я не могу даже дышать. Не говоря уже о том, чтобы двигаться и куда-то пойти, к холоду присоединилась дикая, пронзившая все существо боль, и на меня мигом обрушились все мои самые страшные кошмары. Кошмары, в которых Михаил обижает Снежану, в которых он ее у меня отнимает, в которых моя дочь кричит и плачет, и тянется ко мне, а он увозит ее от меня. Кошмары той девочки, которой я когда-то была, вернулись вмиг, нахлынули, окатили с головы до ног, ввергая в ступор.

Если бы не Зарина, которая подбежала ко мне со словами:

— Что с вами?! Вы так побледнели… – наверное, я бы так и стояла, как вкопанная, но от ее голоса мигом пришла в себя. Опомнилась, возвращая себя в реальность и в ту женщину, которая несколько лет вполне успешно водила Михаила за нос. Верховного, считающего себя апогеем власти Лазовии, безжалостного и всесильного, но я с ним однажды уже справилась. Справлюсь и сейчас.

Ничего, ровным счетом ничего не изменилось.

— Где он? – спросила я. – Где его комнаты?

— Так не знаю… пришли и забрали же… Савельев…

Проклятый Савельев еще до кучи. Неизвестно, что он ему наговорил!

Ладно, справлюсь. И не с таким справлялась.

Я глубоко вдохнула и выдохнула, после чего вышла из покоев. Куда идти? Как назло, дворец словно вымер. Ни горничной, ни слуги, никого поблизости.

Озарение пришло внезапно, как вспышка. Марика! Вот кто знает все сплетни во дворце, она точно не преминет рассказать, где найти Михаила, а после рассказать всем, как я к нему спешила, едва он приехал. Где она живет, я догадывалась – она как-то выплывала из покоев, расположенных рядом с детской, комнатами Анны и игровой, где Снежана общалась с мальчиками.

Туда я быстрым шагом и направилась. Стража, застывшая изваяниями у каждых дверей в анфиладе, вряд ли могла мне сообщить, куда поселили Михаила, поэтому рядом с ними я даже не задерживалась. Чуть сбавила шаг лишь перед нужной мне дверью, уже занесла руку, чтобы постучать, но услышала донесшийся из комнаты крик и замерла.

Крик повторился, а после я услышала голос Михаила:

— Я сказал: тише, дура!

— Мне больно… – донесся сдавленный голос Марики.