Книга ДРАКОНИЙ ЭТИКЕТ: Пособие по выживанию в чужих штанах, страница 70 – Lana Rubi

— Это что… мне? — спросила я дрожащим голосом.

Птица издала звук, похожий на ворчание старого деда. До меня стало доходить, она не собиралась меня есть. Она… она решила накормить меня?

— Спасибо, уважаемая. Но, честно говоря, сервис у вас специфический, — я начала говорить, просто чтобы не сойти с ума от тишины. — Рыба — это отлично, но я предпочитаю термообработку. И вообще, у меня там внизу недописанный сценарий мести, пара невыясненных моментов и один невыносимый маг.

Птица прислушалась, забавно подергивая хохолком. А потом она сделала то, чего я никак не ожидала. Она тяжело опустилась в гнездо рядом со мной и накрыла меня своим огромным, жарким крылом. От неожиданного веса и тепла я завалилась на бок, прямо на мягкий пух. Пережитый стресс, холод и странное чувство безопасности сделали свое дело. Под мерное биение огромного птичьего сердца, я вдруг провалилась в сон.

Утро началось с того, что меня бесцеремонно спихнули с «кровати». Птица явно собиралась по делам и недвусмысленно намекала, что гостиница закрывается.

— Послушай, — я вцепилась в её мощную лапу, — мне очень нужно обратно. В академию. Понимаешь? Там мой… ну, в общем, там у меня дела. Пожалуйста!

И вот что удивительно, птица не колебалась ни секунды. Снова этот резкий захват поперек туловища, рывок вверх и вот мы уже рассекаем утренний туман.

На территорию академии мы опустились, когда солнце еще только цепляло верхушки башен. Тишина, ни души. Птица аккуратно высадила меня на росистую траву парка, обдала на прощание ветром из-под крыльев и растаяла в небе.

— Спасибо за полет, — прошептала я, чувствуя себя так, будто меня прожевали и выплюнули, но забыли переварить.

Кое-как добравшись до своего корпуса, я, не встретив никого в коридорах, скользнула в свою комнату. И замерла. На моей безупречно заправленной кровати, прямо в одежде и обуви, уткнувшись лицом в мою подушку, спал Тэрон.

— Не поняла! Я там, значит, умирала от страха и голода, а ты тут дрыхнешь в моей спальне на моих простынях⁈

Мой голос прозвучал как сухой выстрел в тишине комнаты. Тэрон подскочил на кровати так, словно под ним взорвался магический накопитель. Его дикий взгляд, затуманенный тяжелым сном и отчаянием, сфокусировался на мне не сразу. Секунда, вторая… В его глазах отразился такой спектр эмоций, что я невольно замолчала. Там была боль, неверие и какой-то безумный, ослепляющий свет.

— Арина?.. — его голос сорвался, превратившись в хриплый шепот.

Он не встал, он буквально катапультировался с постели. Прежде чем я успела выставить вперед руку и напомнить, что я вообще-то грязная, злая и глубоко оскорбленная его видом на моей кровати, Тэрон сгреб меня в охапку.

Это не были вежливые объятия «я рад, что ты жива». Это был захват. Он прижал меня к себе с такой неистовой силой, что у меня перехватило дыхание. Я почувствовала, как он дрожит, как его сердце колотит в ребра, словно пойманная птица. Он зарылся лицом в мои спутанные волосы, в которых, кажется, уже зародилась новая экосистема из мха, веток и перьев, и шумно втянул воздух.

— Ты жива… черт возьми, ты живая… — выдохнул он мне в макушку.

А потом всё изменилось. Накал эмоций перешел в ту стадию, где слова заканчиваются. Тэрон отстранился лишь на миллиметр, чтобы перехватить мой подбородок, и накрыл мои губы своими.