Книга В паутине предательств, страница 166 – Адриана Максимова

— Что будет, если пальцы на твоих руках закончатся? – Лейф взял ее за руку и провел пальцем по ладони. – Или, решив их поберечь, ты пожертвуешь глаз? Или оба? А когда отдашь все, что можешь, не умерев сама, что будет тогда, Кордия?

— Тогда я что-нибудь придумаю, – торопливо сказала она.

— Нет, моя дорогая. Либо ты исцеляешь, как все чародеи, либо никак. Это мое последнее слово. Увижу на тебе новые шрамы – добрым не буду и к тебе тоже. – Слова Лейфа били Кордию похлеще плетки. Она опустила плечи и обречено вздохнула. – Ты поняла меня?

— Не поступай так со мной, пожалуйста! – взмолилась Кордия. Она не сомневалась в том, что это обещание Лейф точно сдержит.

— Раз уж тебе так нравится испытывать боль, могу тебя выпороть, – забирая кинжал, сказал Лейф. Кордии вдруг стало так неловко, что она закрыла руками лицо. За этот разговор было сказано слишком много всего, что заставило ее чувствовать себя разбитой. Она раздвинула пальцы, чтобы посмотреть, что делает Лейф. Тот держал на огне клинок, и это показалось ей очень глупым. А потом она все поняла и запаниковала.

Лейф подошел к ней и одним движением сорвал ткань с ее плеча. Раскаленная сталь жгучей болью впилась ей в плечо. Она захлебнулась криком. В воздухе повис запах горящего мяса.

— Запомни эту боль, Кордия, – наклонившись к девушке, тихо проговорил Лейф. – И, если не сможешь исцелять сама, обратись к ней: она тебя поддержит.

— Ты чудовище, – пробормотала Кордия, чувствуя, как слабеет. Лейф убрал от ее плеча клинок, и она вскрикнула. Кинжал с глухим стуком упал на пол.

— Согласен, – прижимая ее к себе, ответил Лейф. Она прижалась лбом к его окровавленной рубашке, не зная, как выровнять дыхание. Она сдерживала рыдания, дрожа от боли и злости. Лейф прижался к ее голове щекой и что-то сказал. Кордия не смогла точно разобрать, но ей показалось, что это было «Прости». Но это было, конечно же, невозможно.

* * *

Спала Кордия тревожно. Ожог болел, и эта боль охватывала все тело. Магия немного сбила жар, но обезболить не смогла, а присутствие Лейфа, чье тепло она ощущала за спиной, действовало на нее пагубно. После того, что он сделал, Лейф не пытался поговорить с ней, словно сразу потерял интерес к ее персоне. Лежал рядом, дремал, всем своим существом излучая беззаботность. Она кусала губы, чтобы не зарыдать в голос, и сама не поняла, как в таком состоянии смогла провалиться в сон.

…Ей снилось что она лежит на земле, над ней ночное небо, покрытое звездами. Вокруг никого, только завывал ветер, но она не чувствовала его холода. Смотрела в небо, ощущая невероятный покой, схожий с блаженством. На небе вспыхнула звезда и, сорвавшись с высоты, полетела вниз. Ее острые края порезали низ живота Кордии, но она не ощутила пореза, только мерцание звезды, ее пульс под своими ладонями. А потом звезда разлетелась сквозь ее тело на сотню маленьких звездочек, и они рассыпались по всей земле вокруг и дали побеги.

Кордия проснулась от волнения, сжимавшего ей сердце. В постели она была одна, и это принесло облегчение. Она вздохнула и села. Осмотрела ожог: выглядел он паршиво, но разбираться с ним сил не было. Ее тревожил сон, который она видела. В нем был тот смысл, который ей было страшно принять. Мотнула головой, чтобы прогнать мысли о нем.