Книга Дочь его врага, страница 76 – Виктория Богачева

Раттенберг чуть наклонил голову, принимая ответ. Крейц поморщился, но промолчал.

— Прежде чем мы продолжим, — вновь заговорил Эшворт, и его голос прозвучал очень жестко, — я хочу отметить, что считаю сложившуюся практику в корне неправильной. Ректор академии не знает, что хранится в его собственных хранилищах. Свиток лежал здесь пятьсот лет, и ни один из моих предшественников не был осведомлён о его содержании. Если бы я знал, что под моей крышей находится фрагмент запрещённой магии, я бы усилил защиту хранилища. И, вероятно, нападение закончилось бы иначе.

Раттенберг выслушал его с неизменным спокойствием.

— Этот вопрос поднимался неоднократно, — ответил он. — И каждый раз решение было одним и тем же: чем меньше людей знают о свитке, тем он в большей безопасности. Усиленная защита одного стеллажа среди десятков обычных привлекла бы внимание. Любой курсант, любой преподаватель, который заметил бы, что один шкаф охраняется мощнее остальных, задался бы вопросом — почему. И рано или поздно нашёлся бы кто-то достаточно любопытный или достаточно жадный, чтобы попытаться выяснить.

— Соблазн, — коротко вставила Мартенс.

— Именно. Лучшая защита — неприметность. Свиток лежал среди сотен других, ничем не выделяясь. Пятьсот лет это работало.

— А теперь перестало, — отрезал Эшворт.

Раттенберг развёл руками.

— А теперь перестало, — согласился он без тени смущения. — И нам нужно понять, почему. Кто знал о свитке. Кто направил нападавших именно к нему. И куда он попал.

Мартенс, которая почти все это время молчала и делала пометки в своём блокноте, подняла голову.

— Советник Раттенберг, учитывая последние события в Империи, у меня на языке вертится только одно имя. Человека, который уже совершил кражу. Вероятно, совершил и вторую. Рихард Блэкмор.

Я не шевельнулась. Только стиснула зубы так, что заныла челюсть.

— Блэкмор похитил Камень Императора, — продолжала Мартенс, загибая пальцы. — Древнейший артефакт Империи. Спустя несколько недель на академию совершается нападение. Из хранилища пропадает засекреченный свиток с описанием запрещённой драконьей магии. Связь кажется очевидной.

— Кажется, — согласился Раттенберг. — Но пока не доказана.

Эшворт молчал. Сидел в кресле и смотрел в свой бокал, и лицо его было непроницаемым.

— Если Блэкмор действительно завладел и Камнем, и свитком, — медленно произнёс Раттенберг, — то ситуация гораздо серьёзнее, чем полагает Совет.

Некоторое время после его слов в кабинете стояла неуютная, давящая тишина. Эшворт уже привычно щелкнул пальцами, и я вновь подлила всем вина, и на этот раз бокал залпом осушил еще и генерал Крейц.

— Я допросила весь преподавательский состав и адъютантов, — заговорила Мартенс деловым тоном.

Она единственная не притрагивалась к вину.

— Но, учитывая масштаб того, что вы только что описали, советник, стандартных методов недостаточно. Я прошу разрешения на полное магическое сканирование всех, кто находился в академии в ночь нападения.

На миг я перестала дышать.

Полное магическое сканирование. Не мягкое прощупывание поля во время беседы, которое я кое-как пережила на допросе. Полное. То, которое снимает слои один за другим, добирается до самой сути, до скрытых заклинаний, до наложенных чар.

До амулетов, меняющих внешность.