Книга Ольга, страница 9 – Мира Айрон

— Вообще-то август, и всего плюс пятнадцать, а тут ещё от воды ветер.

— Ты всегда тут ходишь и докапываешься до всех окружающих? — всё же не сдержал возмущения и раздражения Альберт. — Тогда у меня для тебя плохие новости: лезть к нетрезвым незнакомцам очень опасно и чревато. Когда-нибудь эта привычка подведёт тебя под монастырь.

— Нет, только до тебя вот докопалась. Если честно, я очень рада, что тебя встретила. Может, даже решусь рассказать, что мы мне очень нравился тогда, в лагере. Но ты на меня даже внимания не обращал.

— Так уже рассказала, получается, — удивлённо усмехнулся Алик. — Тебе лет-то сколько?

— Девятнадцать. Что ты решил? Идём гулять?

— Чёрт с тобой! — Альберт резко поднялся со скамейки, оказавшись выше незнакомки на целую голову.

Собака сразу вскочила и встала около хозяйки, предупреждающе глядя на Ярославского.

— Свои, Линда! Тихо! — успокоила защитницу девушка.

Они вместе зашагали по галечному берегу: высокий чуть покачивающийся темноволосый парень, миловидная маленькая девушка и рыжая с белым собака породы колли.

— Как тебя зовут-то? Ты даже не сказала! — неожиданно для себя выпалил Альберт.

...Вскоре Ольга уехала в Москву. Через год Альберт женился на девушке, которую в глубине души считал своей спасительницей, а впоследствии она родила ему двоих замечательных сыновей.

Альберт не стал задерживаться на фуршете: хотелось как следует отдохнуть перед завтрашним днём, когда начнут работать секции. На утро у него был запланирован доклад на одной из них, затем — круглый стол на другой, а во второй половине дня — экскурсия в Олимпийский парк.

В парке Ярославский бывал раньше, но экскурсии всегда являлись его страстью, и он старался не пропускать их никогда и нигде.

Несмотря на одолевающие его воспоминания, мужчина уснул довольно быстро; видимо, перелёт и яркие вечерние впечатления сыграли свою роль.

Утром Альберт проснулся отдохнувшим, полным сил и... помолодевшим что ли. Помимо готовности к свершениям, он испытывал странный душевный подъём, воодушевление и несвойственный его возрасту безумный интерес к жизни, радостное ожидание и предвкушение чего-то неведомого.

После завтрака начали работать секции, и все запланированные выступления Ярославского прошли на ура. А потом Ольга сдержала данное накануне слово: сама нашла Альберта. Она оказалась сопровождающей той самой экскурсионной группы.

На протяжении всего небольшого путешествия Ярославский наблюдал за общительной, грациозной и лёгкой Олей. Почти все мужчины, изъявившие желание посетить в этот день Олимпийский парк, буквально млели от Солодовниковой, были от неё без ума. Альберт наблюдал со стороны, сохраняя немного отсутствующий вид и испытывая странные, смешанные чувства. Восхищение и гордость в его душе тесно переплетались с нелогичной ревностью. Непосредственно же ревность была глубоко застарелой и казалась чем-то вроде дежавю.

Однако расталкивать локтями «конкурентов» и бороться за место под солнцем Ярославский не стал. Любуясь южной природой, мужчина получал почти нереальное удовольствие от экскурсии. Он не задумывался о том, связана ли эта особая острота восприятия с событиями последних двух дней.

Ольга подошла к нему сама. Точнее, не подошла, а села рядом с ним в автобусе на обратном пути. Правда, как следует поговорить им так и не удалось, поскольку к Ольге постоянно кто-то обращался с вопросами; однако парой слов они всё же перекинулись.