Онлайн книга «Мы поем глухим»
|
— А меня еще упрекают в роскоши, с которой я содержу мадемуазель Бокаж, — шепнул на ухо Александре барон, легонько сжав ее руку. — То есть содержал… Но уже пробило десять! Нам пора в бальную залу! Я не хочу пропустить долгожданный сюрприз! Американец оказался на редкость пунктуален. В десять часов вечера двери его дворца закрылись для приема гостей, все опоздавшие остались не у дел. Счастливчики же расположились в огромной бальной зале в ожидании сюрприза. Александра стояла в толпе гостей, опираясь на руку барона Редлиха. Вдруг прозвучали фанфары. Отворилась дверь крытой галереи, соединявшей дворец с одной из конюшен, и в бальную залу въехала золоченая колесница. Только везли ее не лошади, а шестеро мужчин, одетых восточными рабами. В колеснице сидели дочь хозяина дома и ее кузина. Раздались восторженные аплодисменты, так что голоса Александры, которая невольно вскрикнула при виде роскошного выезда, никто не услышал. Одним из мужчин, запряженных в колесницу, был Серж Соболинский. Александра жадно смотрела на него, не чувствуя, как сжимает при этом руку барона Редлиха. Но тот тоже этого не чувствовал, потому что не отрываясь смотрел на одного из «рабов». Само собой, барон его сразу же узнал и теперь пытался понять: что ему делать? Увести свою спутницу? Поздно. Она уже увидела мужчину, которого так долго и тщетно искала. Слава богу, тот ее не видит в толпе. Он даже не предполагает, что графиня Ланина тоже может быть здесь, на этом костюмированном балу! Женщины восхищенно начали перешептываться, нахваливая вкус возницы, то бишь дочки хозяина дома. «Рабы» были удивительно хороши, особенно синеглазый брюнет. По пояс обнаженный, в одном только жилете и коротких алых шароварах, мускулистый, отлично сложенный молодой мужчина явно попал в «рабы», благодаря своему торсу, который дамы теперь с огромным удовольствием рассматривали. И только одна довольно громко сказала: — В конце концов, это неприлично! На нее тут же зашикали. Перед глазами у Александры все поплыло. «Сережа, Сережа… Ты всегда любил покрасоваться…» — грустно подумала она. И, увидев, что Соболинский смотрит в ее сторону, невольно поднесла к лицу яшмак. — Вам дурно? — тихо спросил барон. — Да… Мне душно… — Может быть, мы выйдем в галерею? Там гораздо прохладнее. Она молча кивнула. Танцевать Александре расхотелось. Она так долго его искала, своего Сережу; человек, которого она наняла, по его собственным словам, тщетно обшарил весь Париж, и что? Серж Соболинский здесь, почти раздетый и, судя по всему, довольный жизнью. Веселится на балу. И все женщины бурно обсуждают его красоту. «Как я мог такое предположить? — думал барон Редлих, ведя Александру в одну из галерей, украшенных живыми цветами. — Он сказал, что у него есть какое-то дело. Он, мол, не может отказать в просьбе одной богатой даме. Теперь я понимаю, что это за дама! Еще бы ей не хотелось видеть в своей колеснице такого „раба“! Удивительно счастливая внешность у этого русского. Но не все еще потеряно. он-то ее не любит! — барон посмотрел на свою спутницу. — Он от нее отказался. И дал мне слово никогда больше с ней не видеться. Он согласился уехать из Парижа. Хотя, после сегодняшнего его успеха, Париж мне этого не простит. Да и черт с ним, с Парижем! Я хочу, чтобы этот русский отсюда убрался как можно дальше и как можно скорее…» |