Книга Любить нельзя помиловать, страница 130 – Наталья Андреева

Следователь Чугунов полез в папку за каким-то документом. Вера сидела, словно оглушенная. Как же так? Выходит…

— Выходит, что я ни в чем не виновата, – сказала она. – Я же не могла убить человека, который был уже мертв!

— Вот именно, – кивнул следователь. – В действиях того, второго, безусловно, был криминал. Но между убийством и покушением на убийство огромная разница. Да, он положил снотворное и закрыл ворота. Но не убил. Понимаете? Не убил! При наличии смягчающих обстоятельств, безупречном прошлом и хорошем адвокате… Я думаю, что господин Намин отделается условным сроком. Он ведь может сказать, что хотел усыпить своего кредитора, чтобы изъять расписку, а когда убедился, что того убили, закрыл ворота и ушел. Да мало ли, что они придумают! А вот вы совершили преднамеренное убийство. Вы смертельный яд в напиток положили. Вы знали, что он убивает, этот препарат.

— Но ведь это же я была у гаража! Я подложила снотворное! Я! – закричала Вера.

— Вы только что добровольно… Я подчеркиваю: добровольно принесли нам документы, которые доказывают обратное.

И Чугунов, словно пасьянс, разложил перед Верой три документа:

— Первое: показание продавщицы. Она видела у гаража Намина, а не вас. Второе, показание Надежды… как там ее? Так и не довелось встретиться и побеседовать. Убита вчера. Но к этому мы еще вернемся. Тут черным по белому написано, что девушка ночевала у вас. Правда, имеются еще и показания гражданки Матюшкиной. Но она так не уверена в своих показаниях, что, полагаю, от них в скором времени откажется. У вас ночевала та самая Надежда, которую вы потом убили. Видимо, она решила оказаться от своих показаний или потребовать с вас крупную сумму денег. И, наконец, самое главное. Гражданин Намин подробно описывает, как он провел тот вечер, когда убили его кредитора. Он признается в том, что был в гараже. Тут описано все, даже такая мелочь, как опрокинутые коробки и разбитая бутылка бренди. Это мог знать только человек, который был в тот вечер в гараже. – (Сама! Сама ему все рассказала!) – Один из вас. Если там был Намин, то там не могло быть вас, Вера Александровна.

— Но… Но есть же живые свидетели! – отчаянно крикнула Вера.

— Увы, – развел руками следователь. – Вы постарались, чтобы их не было.

— Что вы несете! – она вскочила.

— А ну сядь! – рявкнул голубоглазый. Вера без сил рухнула на стул.

— Держите себя в руках. Вчера в лесном массиве по Ленинградскому шоссе был обнаружен труп гражданки Кулаковой, – грустно сказал Чугунов. – Девушка была задушена. Почти неделю назад. Труп хорошенько спрятали. Найти его удалось только вчера утром, и то случайно. Строитель, из тех, которые расширяют дорогу, зашел поглубже в лес. По нужде. Там он и обнаружил женский труп.

И Чугунов тяжело вздохнул.

— Я не убивала Ниночку! – вскинулась Вера.

— А кто?

— Никита.

— Ему-то это зачем?

— Так ведь это он уговорил ее сделать яд! Теперь я понимаю, почему Никита с ней встречался! Почему обещал Ниночке, что скоро она к нему переедет! Даже жениться обещал!

— В прошлую субботу, выйдя из аптеки, провизорша села в вашу машину, Вера Александровна. Вас видели в «Патио-пицце», вы вместе вышли из ресторана и сели в серебристую иномарку. Номер ее совпадает с тем, что на машине, совершившей вчера наезд на другую свидетельницу, на Афанасьеву.