Книга Бунт османской Золушки, страница 98 – Наталья Андреева

«Откуда она знает?! Уже доложили?!»

— Я знаю, что она сказала перед смертью, – в голосе валиде был лед. – Это провинность, за которую можно покарать смертью. А можно не покарать. Ты заставил меня задуматься, хранитель султанских покоев. Кто ты такой? Ты слишком уж дерзок. Женщины гарема – это имущество султана. И дорогое имущество. А ты распоряжаешься им, будто оно твое. Берегись! Я скоро узнаю о тебе все!

Кёсем-султан повернулась к нему спиной и подошла к окну. Исмаил замер. Аудиенция еще не окончена. Валиде славится своими паузами, чем больше пауза, тем больше опасность. Исмаилу показалось, что Кёсем-султан молчит вот уже целую вечность. И эта вечность отделяет его жизнь от смерти. И чем дольше молчит валиде, тем ближе смерть.

— Вот и еще одна выскочка, – внезапно обернулась валиде. – Ты смотри! Еще не родила, а уже гуляет во дворе для хасеки! – Исмаил сразу понял, что она говорит о его сестре. – Что-то много вас стало в Топкапы. Безродных и дерзких. Кто-то за всем этим стоит, хранитель султанских покоев, – насмешливо сказала Кёсем-султан. – Вы занимаете лучшие покои во дворце и даже осмеливаетесь дерзить правителю. И он вас за это не наказывает. А благородный Султанзаде отправляется в ссылку на Крит… Что молчишь, хранитель покоев?

— Я не смею оправдываться, валиде, – Исмаил, согнувшись в поклоне, упорно смотрел в пол. – Я допустил ошибку. Казнил девушку, не посоветовавшись с вами. Но я подумал, что лучше будет, если у султана не появится еще одной хасеки. Иначе двор для их прогулок ничем не будет отличаться от места прогулки обычных наложниц. Порядок уже нарушен, и надо его восстановить. Я готов понести наказание.

Кёсем-султан не должна увидеть в его глазах страх. Исмаил не боялся умереть, но вот его сестра… Она не выдержит пыток. Перед глазами была черная рабыня, которой заживо снимали кожу ударами бича. Исмаил тоже это видел, будучи совсем еще мальчиком, пажом, одним из сотен других таких же до смерти напуганных детей. Мальчики не плачут, но ужас навсегда застыл у них в глазах. В роскошном дворце Топкапы у смерти не менее роскошные палаты. Она здесь правит всем и всеми, даже султан ее боится, хотя он и повелитель мира.

А проницательная Кёсем-султан близка к истине. Это и в самом деле заговор с целью завладеть верховной властью, отослав из Топкапы саму валиде. Исмаил решился и поднял глаза. Валиде усмехнулась.

— Ты очень неглуп, хранитель покоев, – одобрительно сказала она. – Я не могу наказать того, кому отдает приказы только султан. Ты не принадлежишь к его гарему, хоть и хранитель султанских покоев. Но я поговорю с сыном. Я мать султана. И советовать ему, как наказывать зарвавшихся слуг, в моей власти. Вон. Ступай.

Он попятился к двери. Думая: «Я действовал слишком уж безрассудно. Надо быть осторожнее. Если еще не поздно. Но сейчас этой гадюке не до меня, она будет бороться с сыном за своего фаворита Султанзаде Мехмеда. А я подолью масла в огонь»…

… Шекер Пара повезло. Она задержалась во дворе, жадно ловя языком кружащиеся в воздухе снежинки. Дышала она тяжело, изнутри ее словно распирало. Ребенок не хотел расти, но зато разворотил все внутренности своей матери, как показалось Шекер Пара. Она невыносимо страдала.

И в этот момент появился Исмаил. Он услышал от валиде, что сестра гуляет во дворе для хасеки, и торопливо спустился вниз. Исмаил понимал, что рискует, но ему надо было предупредить Шекер Пара. Пусть она срочно что-нибудь придумает, иначе валиде их разоблачит. Увидев брата, Шекер Пара прикрыла лицо и скромно опустила глаза.