Книга Аромат апельсинов, страница 40 – Кэти Джордж

— А кто спрашивает? – огрызается кебмен, когда я интересуюсь, не помнит ли он, как подвозил маленького красивого светловолосого мальчика в сопровождении пожилого джентльмена от полицейского участка.

Кебмен сидит на козлах и глядит на меня сверху вниз, от чего мне становится очень неловко. У него вид сурового человека, не отличающегося дружелюбием и разговорчивостью. Большая черная шляпа низко натянута на голову, лоб изрезан глубокими морщинами, а пара холодных черных глаз хмуро смотрит на меня из-под полей. Взгляд у него тяжелый.

— Я спрашиваю, – отвечаю. – Если припомните, я отплачу.

— Как? – спрашивает он.

Я приподнимаю юбку, показывая ему коленки, и вскидываю брови.

Он хмыкает, поджав губы. Значит, предложение ему нравится. Он отпускает поводья и спрыгивает на землю. Мы с ним оказываемся лицом к лицу. От него пахнет луком и лежалым мясом.

— Сегодня, – бормочет он, оглядываясь, не видит ли кто. – Здесь. В девять.

— А куда вы увезли мальчика?

— Совсем тупым меня считаешь? – фыркает он.

Я не отвечаю.

— После, – говорит он и кивком головы отправляет меня восвояси.

Фу! Снова нашла проблему на свою голову!

* * *

Я решаю оставить поиски Оливера и провести остаток дня в покое. Чувствую, что к концу вечера я буду знать, где он. Надо признать, кебмен меня немного тревожит, но позвать для защиты Билла я не могу, потому что не хочу, чтобы до него дошли любые вести, которые я узнаю. Это только усложнит дело. Билл захочет сразу же отправиться туда и вломиться в дверь. Прибегнуть к насилию, если потребуется. Если я и могу каким-то образом спасти Оливера от Билла и старого козла, нужно действовать как котенок: осторожно ступая на мягких лапках.

Я покидаю свой квартал и направляюсь в сторону лачуги мистера Руфуса. Мне нужно отвлечься, да и просто любопытно.

День стоит холодный и сырой, при свете дня тупик выглядит совсем иначе. Над трубами вьется дым, по сточным канавам стекает темная вязкая жижа. Повсюду стоит неистребимая вонь, к которой примешивается запах лежалых овощей из соседских кухонь. Капуста. Вокруг люди. Женщина выбивает коврик, поднимая клубы пыли. Шестеро или семеро детей играют на улице в классики. Одной девочке лет четырнадцать, хотя на самом деле трудно сказать: лицо у нее осунулось, взгляд тусклый, а на боку болтается младенец. Вполне возможно, что это ее ребенок, и будущее малолетней матери представляется мрачным. Я устраиваюсь на невысокой кирпичной ограде в конце улицы, чтобы понаблюдать за тем, кто тут ходит. Дети поглядывают на меня, но никто, похоже, не против моего присутствия. Через некоторое время, когда вокруг становится тихо, я соскальзываю с ограды и уже собираюсь подойти к дому мистера Руфуса, но вдруг открывается дверь и оттуда выходит мужчина. Быстро подойдя к детям, я без приглашения присоединяюсь к игре и прыгаю из квадрата в квадрат, стараясь спрятать лицо. И мистер Руфус проходит мимо, не узнав меня и даже не бросив взгляд в нашу сторону.

В общем, я решаю пойти за ним. Почему бы и нет? Все это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Я оставляю детей, которым плевать, с ними я или нет, и на почтительном расстоянии следую за мистером Руфусом. Он идет не слишком быстро. Как сказал бы Фейги, «прогуливается». Одет он как щеголь: мягкая плоская кепка, красный жилет и роскошное красно-коричневое пальто. Он явно знает толк в цветах. Мыслями он где-то совсем далеко, судя по тому, что едва не попадает под колеса двух проезжающих экипажей, когда решает перейти через дорогу.