Книга Невольница, страница 47 – Наталья Шагаева

Следовало бы наказать малышку, но адреналин усиливает ее запах, и тело подо мной такое горячее. Да и прострелить ей колени, как обещал за очередную попытку побега, мне не хочется. А хочется снова трахнуть. И, пока девочка в ступоре и разочаровании от своей неудавшейся диверсии, я впиваюсь губами в ее горячую шею, высасывая нежную кожу.

Гордей

— Нет! — пытается вырваться девочка. Вжимаю ее в матрас сильнее.

— Что «нет», детка? — хриплю ей на ухо, одновременно задирая ее футболку, оголяя бедра. — Ты предпочитаешь другое наказание за очередную попытку меня наебать?

Оттягиваю ее трусики, сжимая упругие бедра.

Я не хочу сейчас слышать от нее «нет». Крышу рвёт от ее горячего сопротивляющегося тела. Я хочу это тело до одури.

— Хочешь в подвал? — оставляю еще пару засосов на ее шее. Какая же она вкусная. Хочется растерзать. Сожрать каждый кусочек ее тела полностью. — Или приковать тебя к этой кровати и лишить всех благ, чтобы больше не дергалась и не усложняла себе жизнь? — вкрадчиво интересуюсь я.

— Не трогай меня, подонок! — задыхается она, все еще пытаясь бороться со мной. — Я не хочу!

— Тихо! — шлёпаю по попке, вызывая её всхлип. — Расслабься, я сделаю так, что захочешь.

— Нет! — отчаянно хнычет она, когда я шлепаю эту упругую попку еще раз.

— Тая, не зли меня. Реально привяжу к кровати и заставлю кончать через не хочу, — усмехаюсь ей в ухо.

— Сволочь, ненавижу тебя! — задыхается она, когда я проникаю под трусики и скольжу пальцами к лону.

— Прекрасно! — резко вжимаю пальцы глубже, заставляя Таисию вздрогнуть. Её тело выгибается. — Да ты уже мокрая, детка, — прикусываю её шею, оставляя еще одну метку, пока мои пальцы методично трахают ее такую тугую, горячую и мокрую.

Тая сжимает мои пальцы изнутри, пытаясь вытолкнуть их.

— Перестань бороться, — снова прижигаю ладонью ее попку. — Иначе реально накажу ремнем по твоей прекрасной заднице. Я все равно тебя трахну. Не трать силы.

Девочка вдруг замирает. Реально прекращает сопротивляться. Только дышит надрывно. Тоже замираю, ожидая какого-нибудь выпада. Но ничего не следует.

Скольжу в неё пальцами глубже, тяну футболку с ее плеча, растягивая ворот, прикусываю кожу на плече, ощущая, как наливается кровью член, начиная пульсировать. Даже немного разочарован в ее покорности, хотелось реально связать эту заразу и уже оторваться как следует. Выскальзываю из ее лона, облизываю собственные пальцы, пробуя ее терпкое возбуждение.

— Очень вкусная девочка, — прикасаюсь этими пальцами к ее губам, сминая их, а потом снова накрываю ее складочки, нащупываю клитор. Сжимаю пульсирующую вершинку пальцами, растираю, ласкаю. А Тая закусывает подушку, чтобы не стонать. — Нет, детка, прикинутся бревном тоже не получится, — рычу ей на ухо.

Подхватываю и переворачиваю на спину к себе лицом. Рывком развожу ноги, помещаясь между ними. Ее грудь вздымается от частого дыхания, но девочка по-прежнему не сопротивляется, делая вид, что ее совсем не трогает происходящее.

Хватаю Таисию за воротник футболки и под вскрик девочки в два рывка разрываю тонкую ткань на груди. Припадаю к ней губами, втягивая соски, одновременно расстёгивая ширинку и отодвигая перешеек трусиков девочки в сторону, прижимаясь головкой к мокрым нижним губам, на секунду зажмурившись. Раньше я не задумывался, насколько мне не хватало именно вот этого эмоционального секса, а не просто механического. Когда достаточно лишь прикоснуться к ее телу, чтобы тебя разорвало к херам. И не надо извращаться, чтобы получить удовольствие.