Книга Невольница, страница 46 – Наталья Шагаева

— Тишину? — удивленно спрашивает она.

— Да, но не абсолютную — в такой сходят с ума. А когда слышно лишь шум ветра, тот самый дождь, но нет ничего искусственного и раздражающего. Я люблю тишину внутри себя, когда эмоции ровные, ничего не горит и не беспокоит. Но, к сожалению, я уже много лет не слышал такой тишины внутри себя… — устало выдыхаю.

— Иди сюда, — вдруг просит она. Распахиваю глаза. Таисия демонстративно выключает телевизор, откладывая пульт, и двигается, освобождая мне место.

— Зачем? — прищуриваюсь я, пытаясь ее прочитать.

— Ложись, послушай тишину, — тихо выдыхает она и сама сползает ниже, прикрывая глаза.

Ох, хороший ход, детка. Решила достучаться до меня через душу. Браво. Не сломалась. Сменила тактику, выждала время. Умница. Но ничего не получится, к сожалению. Даже если я позволю тебе придушить себя подушкой, дом полон охраны.

Но я опять пользуюсь ее приглашением.

Встаю, снимаю футболку, откидываю ее в кресло и ложусь рядом с девочкой, закидывая руки за голову. Прикрываю глаза.

— И как, слышишь свою тишину? — интересуется она тем же спокойным, почти отрешенным голосом.

— В данный момент я слышу тебя, — усмехаюсь.

— Поняла, заткнулась.

И вот мы лежим в этой самой тишине. Но той тишины, которая меня расслабляет, нет.

Я слышу дыхание Таи, шорох простыней, когда девочка поворачивается на бок лицом ко мне, я чувствую чистый запах ее тела и даже слегка ощущаю теплое дыхание на своей шее. Расслабишься тут. Хочется перевернуть девочку на живот, вжать лицом в подушку, разорвать эти трусики и жестко трахнуть, наматывая волосы на кулак. Чтобы не лезла мне в душу.

Но я дышу глубже, гася в себе это желание. Не потому что жалею ее. А потому что не хочу добавлять себе еще одно дежавю.

В какой-то момент девочка засыпает, начинает дышать тихо и равномерно. И я все-таки ловлю ту самую тишину, привыкая к близости. Проваливаюсь в дрему. В то состояние, когда тело полностью расслаблено и спит, но мозг все контролирует.

И вот моя хитрая кошка оживает. Ощущаю, как двигается ближе, стараясь не дышать. Не просыпаюсь, точнее, никак не даю знать, что я ее контролирую. Таисия замирает. И еще минут пять не двигается.

Интересно. Просто решила быть ближе?

Не верю.

И правильно делаю, потому что снова ощущаю движение с ее стороны. Ладонь Таи почти невесомо прикасается к моему карману на джинсах.

Ах, вот оно в чем дело. Там телефон, край которого виден. И она это заметила, как только я вошел. Не двигаюсь, дожидаясь, когда девочка вытянет мобильный.

Таисия снова не дышит, когда телефон оказывается в ее руках.

И что ты будешь с ним делать, детка?

Там блокировка, и разблокировать можно только моей биометрией.

Но она начинает тихо сползать с кровати. Почти бесшумно.

Можно было бы с ней поиграть и дать возможность уйти, но я вспоминаю, что в службу спасения можно позвонить и без разблокировки.

И вот когда девочке почти удается встать с кровати, я резко хватаю ее за руку с телефоном.

Тая вскрикивает от испуга. Сжимаю ее запястье, и телефон падает на кровать.

Дергаю девочку на себя, вынуждая снова упасть на кровать.

Резко переворачиваю Таисию на живот, сажусь на ее ноги, фиксирую руки, чтобы не дергалась, и наклоняюсь к лицу, шумно вдыхая ее запах у виска.

— Что же ты такая неугомонная, а? — хрипло шепчу ей на ухо. Девочка замирает от шока. — Ну и что мне с тобой делать? — прикусываю мочку уха.