Книга Опасный пациент, страница 103 – Наталья Шагаева

— Выпей, — протягивает мне какие-то три таблетки.

Даже не спрашиваю, что это. Если она меня отравит, я буду рад умереть от её рук. Закидываю в рот всё, что она даёт, запиваю глотком тёплой воды.

— Выпей весь стакан.

Выпиваю, глядя ей в глаза.

— Ложись, скоро должно стать легче, — забирает у меня стакан.

— Тебе нужны ещё лекарства, которых нет в аптечке.

— Дай телефон, — киваю ей на тумбу.

Протягивает. Набираю Фина.

— Сейчас я передам трубку Эве. Исполнить всё, что она скажет, — произношу, отдаю ей телефон и падаю на подушки.

Ещё ни одной женщине я не дарил Фина. Вот он охринел сейчас.

Эва что-то тихо говорит, но я уже не слышу, отключаюсь.

* * *

Просыпаюсь от прикосновений прохладных рук к моему лицу. Не открывая глаз, ловлю эти руки, целую пальцы. Это мои руки, я хочу чтобы они всегда принадлежали мне.

— Температура спала, — сообщает мне Эва. — Как ты?

С трудом распахиваю тяжёлые веки. В комнате темно, горит только ночник на тумбе. Эва сидит рядом со мной.

— Нормально. Сколько времени?

— Час ночи, — шепотом сообщает она.

— Ты почему не спишь?

— Давай я тебя послушаю, — игнорирует мой вопрос и берёт с тумбы фонендоскоп. Откуда он взялся, даже не спрашиваю. Фин может и ночью достать хоть реанимацию.

— Я в ваших руках, доктор Берг, — сажусь на кровати.

Голова немного кружится от резкой смены положения, но чувствую себя гораздо лучше: тело не ломит, не холодно, голова не болит.

А дальше доктор Эва слушает меня со всех сторон, заставляя дышать и не дышать, заглядывает в горло, ощупывает лимфоузлы. Как, оказывается, хорошо болеть, когда рядом твоя женщина. Меня поят горячим чаем с малиной, потом снова таблетками и брызгают в горло спреем. Принимаю от неё всё, молча рассматривая своего доктора. На Эве длинная футболка и белые трусики. Футболка длинная, но я замечаю трусики. Жить буду определённо.

— Сейчас как пациент я нравлюсь тебе больше, чем в клинике? — вспоминаю, как психовал на неё, отмахиваясь.

— Определённо, господин Греховцев, — сонно усмехается.

— Жить-то буду?

— Да, и очень долго. Обычный сезонный вирус, — зевает, прикрывая рот рукой.

И никакого напряжения, и страха. Словно мы обычная пара и живём уже много лет вместе. Мне нравится эта мысль. Я хочу вот такую реальность. Ещё месяц назад полностью отрицал даже мысль связать себя какими-то обязательствами, а теперь не знаю, как это реализовать и убедить Эву.

— Ложись спать. Не приходи ко мне до утра. Ты устала.

— Я лягу вместе с тобой, — залезает ко мне под одеяло.

Такая категоричная, что я не узнаю эту женщину. А сколько можно имитировать болезнь? Хочу её заботы. Хочу всего от неё.

— Эва, я тебя заражу, не надо.

— У меня хороший иммунитет. И я всё равно не усну там, буду приходить проверять.

Всё. Мою грудь сдавливает так, что не могу выдохнуть.

Ты что делаешь, женщина? Ты осознаёшь, что я теперь не смогу сдержать слово и отпустить тебя? Я же не понравлюсь тебе таким одержимым.

— Иди сюда. Повернись ко мне спиной, — притягиваю её к себе, зарываюсь лицом в волосы, запускаю руки под футболку, накрываю грудь, сжимаю, и снова засыпаю.

Глава 32

Эва

Выхожу из душа в своей комнате и замираю.

На моей кровати букет нежно-розовых роз. Свежие, будто только что срезанные с куста, на лепестках ещё дрожат капельки воды, похожие на утреннюю росу. Никакой упаковки, просто живые цветы, перевязанные белой атласной лентой. Оттенок удивительный: белые бутоны с тонкой розовой каймой по краям, словно их кто-то раскрасил нежными красками.