Книга Сумасшедший декабрь, страница 100 – Наталья Шагаева

— Рано, еще давай поспим, — шепчу ей. — Не уходи.

— Максим…

Моментально просыпаюсь, мне не нравится ее тон. Холодный и отрешённый, вырывается, садится на кровати.

— Что такое? — осматриваю ее профиль, пытаясь понять, что происходит. Непроницаемая.

— Максим. Я ухожу, — говорит так, словно ставит жирную точку.

— Куда? За Элей? Я отвезу.

— Нет, ты не понимаешь. Я возвращаюсь к мужу. Хватит, наигрались! Я тебе ничего не обещала! — резко откидывает мою руку, словно ей противно. Внутри меня что-то разрывается, и накрывает оглушающей волной. Не слышу в ее голосе растерянности или сожаления, там еб*чая твёрдая уверенность и масса цинизма.

Меня дезориентирует такая резкая перемена. Меня это задевает и больно режет на куски. Закрываю глаза, глотаю воздух, чтобы пережить момент, но тут же открываю. Впадаю в прострацию, вылетая из реальности. Меня ломает, ломает, ломает…

У нее шикарная фигура, особенно когда она без одежды. Моя королева идеальная. Не худая, как это сейчас модно, но и без лишнего веса. Бедра, попка, талия, грудь, которая идеально ложится в мою ладонь.

Она встает с постели, безжалостно лишая меня своего тепла и запаха жасмина, на который я подсел, как гребаный наркоман. Совершенно не стесняется, без ужимок, раскована. Снимает с себя растерзанный мной боди. Тишина давит на виски, а ведь еще ночью мою спальню наполняли наши стоны, крики, слова, звуки бешеного секса, которые до сих пор стоят у меня в ушах.

Бесит тот факт, что она покидает нашу кровать, чтобы уйти к другому. Но я стискиваю до боли челюсти, почти кроша зубы, пытаясь перетерпеть. Внутри нарастает броня, которая блокирует все мои порывы разнести все к чертовой матери. Облокачиваясь на мягкую спинку кровати, продолжаю наблюдать.

Мне нравится вид этой женщины сзади. Ровная осанка, лопатки, бедра, длинные волосы цвета горького шоколада, бьющиеся об ее спину.

Беру с тумбы сигареты, прикуриваю, намеренно громко кидая металлическую зажигалку. Кристина не любит, когда я курю в постели, но сейчас не реагирует. Такая безразличная ко всему, словно неживая. Хочется встряхнуть ее и потребовать, чтобы не делала этого со мной… с нами.

Растерянно крутит в руках кружевную тряпочку и закидывает себе в сумку.

— Оставь! — я не хочу повышать голос, но выходит агрессивно.

— Что? — резко оборачивается ко мне. Ее шикарные волосы, в которые я так люблю зарываться, бьют ей по лицу и красиво рассыпаются по плечам. Смотрит на меня своими огромными карими глазами, а там столько горечи и сожаления.

Жалеешь, королева?

Противно тебе?

А я вот не жалею, мне было по кайфу, и я бы повторил все тысячи раз. Я бы жизнь отдал…

— Оставь мне мой трофей, — ухмыляюсь я. Выходит грубо и пошло. Я не специально, мне просто хочется сделать ей в ответ больно.

— Трофей? — выгибает брови. Достает боди и кидает мне. — Лови. — Ловко подхватываю лоскуты кружева, демонстративно подношу к лицу, вдыхаю, смотря ей в глаза. — Наслаждайся, — язвительно заявляет Кристина. В ее глазах уже нет растерянности, там ненависть, злость и пренебрежение. Так лучше. Так честнее. Жертва здесь, скорее, я. Она, и правда, никогда мне ничего не обещала. Это я сам напридумывал совместное будущее. И мне хочется биться головой о стену, завыть, как собака, которую бросает хозяйка. А ещё больше хочется никуда не отпускать эту женщину.