Книга Слепая ревность, страница 67 – Наталья Шагаева

— Нет, Лисица, не тошно. Не утруждайся, не выпускай яд, я давно к нему атрофирован. Девочка еще молода и не может оценить жизненных ценностей. Мы направляем. Неважно, какими способами, – голос у него грубый, всегда хриплый. Мурашки по коже. – Да, ради выгоды, но в нашем мире все построено на взаимной выгоде. Все. И отношения тоже. Нужно просто разбить девочке розовые очки. Через боль познаётся истина.

— А ты циничный мудак, Белов, – выплёвываю ему в лицо.

Рывок.

Всхлипываю от неожиданности.

Он хватает меня за шею, сжимая горло. Сердце колотится, как сумасшедшее, воздуха не хватает, впиваюсь ногтями в руку, сжимающую мою шею, но силы неравны.

— Как ты меня назвала? – вкрадчиво спрашивает мне в лицо, совершенно не реагируя на то, что я в кровь расцарапываю его ладонь. – Слишком языкастая Лисица. Я оторву твой острый язык, – ему необязательно повышать голос, чтобы быть убедительным. Я верю, что Белов свернет мне шею без сожаления и сделает так, что мое тело пропадёт без вести. Но я пьяная и бесстрашная. Просто когда тебе постоянно угрожают, чувство страха притупляется. Отпускаю себя, прекращая сопротивляться, голова кружится, я принимаю отсутствие кислорода, как должное, и начинаю медленно скатываться по стене. Белов резко отпускает шею, и я сползаю к его ногам, глотая воздух, хватаясь за горло. Родион присаживается ко мне и обманчиво ласково убирает растрёпанные волосы с моего лица, поглаживая шершавыми пальцами мои щеки, скулы, губы. – Не зли меня, Леночка, не стоит. Просто делай все, что говорю. Будь умницей, и все у нас будет замечательно, – его голос меняется с грубого на мягкий, бархатный; он, словно демон искуситель, дарит мне немного притворной ласки после порки. Создавая иллюзию жалости. Но жалости в нем нет.

— Долго я буду твоим инструментом? – хрипло спрашиваю я, пытаясь увернуться от его рук.

— Столько, сколько я посчитаю нужным, – отпускает меня, поднимается, уже смотря на меня сверху вниз. – Ты мне очень много должна, Лисица, это только начало, – бросает и уходит. Зажмуриваюсь, сжимая кулаки, внутри поднимаются ярость и протест. Хочется схватить нож, догнать этого мудака и воткнуть ему острие в спину. Но я этого не сделаю… Хватит мне грехов на душу.

Герман

Голова вновь раскалывается. Ни черта не помню. Телефон на тумбе слишком громко вибрирует, раздражая. Скидываю звонок, пряча его под подушку. Но кто-то очень настойчивый продолжает беспрерывно звонить.

Черт!

Беру телефон, переворачиваюсь на спину, прикрывая глаза от яркого солнца, и отвечаю на звонок.

— Да, – не узнаю собственный голос.

— Герман Львович! – Морщусь, поскольку в трубку визжит мой главный бухгалтер. – Герман Львович! – только и делает, что в истерике повторяет мое имя.

— Продолжайте, Галина!

— Герман Львович, тут… Тут… Они все перерыли, все, каждую бумажку… Они… Они скачали с компьютеров все базы и отчётность… Они… – задыхается, продолжая визжать, но приводит меня в чувства. Соскакиваю с кровати, забывая про головную боль.

— Кто они?!

— Отдел по борьбе с экономическими преступлениями.

— Кто?! – кричу в трубку, мне кажется, у меня галлюцинации. – Ты документы у них проверила?

Залетаю в ванную, заглядываю в зеркало – выгляжу соответственно выпитому вчера. Хреново, в общем, выгляжу.